— Хорошо, я с этим сам управлюсь. У тебя должны быть крепкие пальцы, мы ведь коллеги по восточным единоборствам.
— Хочешь проверить, какие крепкие?
Он протянул ей ладонь, Саманта вцепилась в нее, резко склонила, прижав кулак Романова к своей груди.
— Ты что-нибудь почувствовал?
Романов усмехнулся, обнял девушку, поцеловал в щеку.
— Ну конечно, почувствовал. Или ты думаешь, что я совсем старый пень? Но больше не надо таких фокусов, ладно?
— Почему, Максим? Мне было так приятно…
— Значит, я посыпаю солью капусту с морковью, а ты перемешиваешь капусту крепко-крепко, чтобы она хрустела под твоими… очень сильными пальцами. Ну, давай!
Он ловко разрубил ножом кочан, удалил кочерыжку, сунул в кухонный комбайн, острые ножи которого быстро строгали капусту на зеленовато-белые ленты. Саманта старательно переминала уже порезанную капусту, которая громко хрустела под ее пальцами.
— А почему Валентина не приехала? — спросил Романов.
— Решила остаться дома. У вас же вчера не получилось свидание, верно?
— Верно, а ты откуда знаешь?
— Сама рассказала, она мне в джин с тоником снотворное подмешала, чтобы я не следила за вами.
— Могла бы и последить.
— Почему не получилось, Макс?
— Извини, Саманта, я о таких вещах предпочитаю не говорить. Наверное, Валя все объяснила.
— Да… Макс, неужели и вправду нельзя вернуть прежнюю любовь?
— Если тебе пятнадцать лет назад нравился шоколад, а теперь — острое лобио, что тут поделаешь?
Саманта облизала пальцы и радостно улыбнулась:
— Как вкусно получается, Максим! Я уже все смешала, что дальше делать?
— Складывай в этот вот бочонок. Плотно утрамбовывай кулаками и переходи на другой конец стола. Тут тебе готова новая гора капусты, вот и морковь, и соль… Вперед, помощница!
Через полчаса бочонок был на три четверти заполнен капустой. Романов добавил в нее антоновских яблок, десятка полтора, наверное, закопал их в капусту, предварительно проколов кожуру иголкой. Саманта облизывала соленый капустный сок с пальцев.
— Как вкусно, Максим… А через пару дней, наверное, будет малосоленая капуста, можно приехать и попробовать?
— Она будет просто соленая, но попробовать можно. Итак, теперь мы кладем вот этот деревянный круг сверху, я его ошпарил кипятком, чтобы никакой плесени, сверху — пятикилограммовый булыжник… Нет, булыжник позже. Я спущусь в погреб, а ты подашь мне бочонок, осилишь?
— Спрашиваешь!
— Но пожалуйста, аккуратнее, он тяжелый.
Романов спустился в погреб, Саманта без труда подняла бочонок, опустила его на вытянутые ладони Романова. Он поставил его в бетонном погребе, потом Саманта подала ему гладкий темно-серый булыжник, который лег на деревянную крышку, закрывающую бочонок.
— А зачем груз, Макс? — спросила Саманта.
— Чтобы капуста была хрустящей, — сказал Романов, вылезая из погреба. — И борщ получится замечательный, и потушить с мясом можно, и просто так, особенно если сдобрить подсолнечным маслом. За ужином выпить рюмочку водки, закусить хрустящей капусткой — очень даже неплохо.
Он вылез из погреба, закрыл люк железной крышкой, жестом показал на раковину, включил насос в колодце. Из крана побежала холодная вода, Саманта быстро вымыла руки, Романов сделал то же самое и выключил насос. Вода из раковины стекала в большое ведро, а оно не безразмерное.
На кухню прибежали дети, доложили, что уроки сделаны, они готовы кататься, но Романов охладил их пыл. Сказал, что уже поздно, пусть отдыхают, а покатаются завтра. Саманта подтвердила его слова. Настя и Антон с грустью пошли обратно в дом.
Романов сходил в кладовку, принес кусок окорока, порезал его, положил на тарелку, потом достал из холодильника бутылку водки, банку с солеными огурцами.
— Раз уж приехала в гости, не могу просто так отпустить, у нас это не принято. И не вздумай отказываться… помощница.
— Как это можно?
Они выпили по рюмке водки, закусили. Саманта по новой наполнила свою рюмку, выпила, положила в рот кусок ветчины и четвертинку соленого огурчика. Действительно соленого. Роман сделал вид, что не заметил этого, сам он явно не хотел пить больше одной рюмки. Но если гостья желает — пожалуйста.
— Максим, я тоже почти не пью, но сегодня… Поехали на озеро? — предложила Саманта, глядя в его темные глаза.
— Там комаров сейчас…
— Ну и что? Ты комаров боишься или меня?