Выбрать главу

Маргарет Уэй Страсти в старинном поместье. Книга вторая.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

В конце недели Гилли и Бронте съездили в город, чтобы встретиться со Стивеном и подписать договор о создании совместного предприятия, составленный Морисом Майклджоном, адвокатом Гилли из фирмы «Майклджон и Майклджон», который, по впечатлениям Бронте, был рядом с Гилли еще в те дни, когда на Земле происходили схватки динозавров. Секретарь сообщил дамам, что мистер Морис Майклджон не каждый день появляется в конторе, что не удивило Бронте, но мистер Морис желал поддерживать традиции, заложенные его отцом, который вел дела Макалистеров до него.

Стивен встретил их у дверей небольшого симпатичного домика, построенного в коммерческих целях в конце девятнадцатого века, на очень оригинальном парапете. Он взял Гилли под руку.

— Все готово?

— Не терпится!

Гилли в это утро была в хорошей форме.

— А вы, Бронте, что скажете? — спросил Стивен. — Вы выглядите так, как будто сошли с картины.

— Да помолчите вы!

— Гилли, разве я не прав?

В черных глазах Гилли мелькнул озорной блеск.

— Новое платье. Мы с ней сделали кое-какие покупки. У бедной девочки не было почти никакой одежды, кроме той, в которой она приехала.

— Очень идет!

Стивен окинул взглядом просиявшую Бронте. На ней было платье очень простого покроя, короткое, без рукавов. У горла оно было оторочено ярко-красной каймой. Стивен с удивлением отметил, что этот цвет почти так же к лицу Бронте, как и ее излюбленный синий. Платье подчеркивало красоту ее тонкой фигуры, нигде не прилипало, и Стивен хорошо видел контуры женского тела под этим шелковым покровом, знал, какой соблазн оно в себе таит, по большей части неосознанный и оттого вдвойне сильный. Он убедился, что у Бронте Макалистер нет суетности, которая бывает присуща многим красивым женщинам.

Когда посетители вошли в прохладный офис с работающими кондиционерами, их сразу же провели в святая святых старшего партнера. Морис Майклджон поднялся из-за огромного викторианского стола, который скрадывал его пропорции, и выпрямился во весь свой невообразимый рост.

— Гиллиан! Дорогая моя Гиллиан! Я так счастлив, что снова вас вижу!

Он раскрыл объятия. На нем был помятый кремовый льняной костюм, который выглядел так, будто почтенный юрист спал в нем, безукоризненно белая рубашка и сбившийся на сторону галстук, который появился у своего хозяина, когда тот был еще школьником. Он производил впечатление доброго и ласкового прадедушки, каковым, в сущности, и был.

Гилли повиновалась. Старики долго хлопали друг друга по спине, как матери, ласкающие своих детей.

Бронте никогда в жизни не слышала, чтобы кто-то называл ее двоюродную бабку Гиллиан.

— Вы, конечно, помните мою маленькую Бронте?

Бронте послушно сделала шаг вперед и улыбнулась. Почему Гилли вечно называет ее своей маленькой Бронте? На каблуках ее рост достигает пяти футов восьми дюймов.

— Да, да, я знаю Бронте. В те вечера, когда шли ее фильмы, детей было невозможно оторвать от телевизора. И я много раз смотрел. И при всей вашей красоте, Бронте, вы создали очень убедительный образ женщины из полиции. Я думаю, после вашей гибели проливались потоки слез.

Бронте засмеялась.

— Я и не подозревала, что так популярна.

— А это Стивен. Стивен Рэндолф. Мой будущий партнер.

И Гилли прижала голову молодого человека к своему плечу.

— Ах да, Стивен.

Мужчины обменялись рукопожатием, причем Стивен опасался, как бы не поломать хрупкие, как у птицы, кости старика.

Бронте внимательно наблюдала за этой сценой. Один молодой, высокий, красивый, атлетичный; второго годы наградили пышной белой шевелюрой, которая, впрочем, только оттеняла его цепкий, острый взгляд.

— Гиллиан, а ведь мы со Стивеном встречались около года назад, — провозгласил адвокат. — Он был очень любезен ко мне, когда у меня проходили сложные переговоры, связанные с охраной окружающей среды. Вы помните меня, мой мальчик?

— Конечно, помню, сэр, хотя и не знал вашего имени.

— Прошу меня простить за это упущение. Я в тот вечер был сам не свой. Надеюсь, что я как следует вас отблагодарил.

— Да, разумеется.

Морис Майклджон просиял.

— Ну что ж, наверное, надо уже приступать к делу. Должен вам сказать, Гиллиан, что я считаю чудесной идею возвратить «Гнездо иволги» к жизни. — Он послал Бронте искрометный взгляд. — Весь наш круг был очарован Гиллиан. У нее были замечательные волосы. Они отливали синеватым блеском. Я мог бы рассказать вам множество историй про вашу двоюродную бабку.