– Ступай за мной! – велел напыжившийся юнец, должно быть решивший, что ящерицу за него прекрасно донесет и навязавшаяся девица. Элла против этого не возражала – рептилия приятно грела грудь и вела себя спокойно, лишь изредка моргала, подавая знак, что не спит. Принцесса воспользовалась случаем и, пока они шли, еще немного приласкала ящерку, такую милую, что с нею не хотелось расстоваться.
– Кхм-м… – Элла кашлянула, привлекая внимание провожатого, – подскажи, пожалуйста, а как она называется.
Юнец проследил за рукой, указавшей ему на ящерку, и выкатил от удивления глаза.
– Ты откуда такая взялась? Это же ледяная саламандра!
Элла уважительно посмотрела на прозрачную ящерку – на юге про таких и не слыхали.
– Разве это не редкость?
Провожатый фыркнул, но потом спохватился и важно произнес:
– Такие элитные – конечно редкость. Стала бы герцогиня заводить что-то обыкновенное… Вот мы и пришли! – он распахнул двустворчатые двери и пропустил Эллу вперед.
Склонив голову к забеспокоившейся ящерке, принцесса не обратила внимания, куда ее привел нахальный юнец, а когда увидела – было поздно, ее заметили.
– Фи-Фи, детка! – внушительная дама средних лет кинулась к Элле, вернее к ящерице на ее груди. – Как же ты испугала мамочку! Иди ко мне-е…
Женщина, должно быть та самая герцогиня Креф, попыталась оторвать саламандру от Эллиного платья. С усилием, ей это даже удалось, что не самым лучшим образом сказалось на платье принцессы и без того выглядевшей, как бродяжка.
Как ни храбрилась Элла, но ее положение было совершенно ужасным. Негодяй в герцогской ливрее привел ее в просторный зал, заполненный придворными, большая часть которых нынче разглядывала ткалтумскую принцессу. Мерзавец еще и поглумился, громогласно объявив:
– Вот тот, кого вы искали, – он поклонился в сторону статного мужчины с золотой перевязью, украшавшей и без того богатый наряд, – майордом королевства Сферстранум, его светлость – маркиз Анухет!
В зале тут же зашептались. Вышеназванный распорядитель королевства недоуменно приподнял бровь, разглядывая непрезентабельную искательницу его милостей.
Делать было нечего, вместо главного дворцового слуги ее привели ко второму человеку после короля, только храбрость могла помочь Элле в эту минуту. Она направилась к майордому под градом критических замечаний, самыми мягкими из которых были возгласы: «Только посмотрите на ее платье!», «А волосы?! Видели ли что-то подобное?», «Какой позор!» Если бы каждое критическое замечание было стрелой, смазанной ядом, в месте, где Элла остановилась, чтобы обратиться к сановнику, все живое дохло бы следующую сотню лет.
Происхождение и положение Эллы не предполагали никакого другого приветствия, кроме легкого кивка головы, что она и проделала, дав понять собеседнику, что он имеет дело или с особой королевской крови, или с совершенно невоспитанной особой.
– Ваша светлость, мое дело требует конфиденциальности и не терпит отлагательства. Прошу вас уделить мне четверть часа вашего внимания.
Элле, конечно же, не требовалось просить, но приказать вместо привычного «прошу» было выше ее сил. Еще никогда от нее не требовалось продемонстрировать свое высокое положение – она слишком долго была рядовой послушницей при храме, и думала, что так будет всегда. Теперь же Элла стояла под градом насмешек, растрепанная, в грязном порванном платье, без верительных грамот, и требовала внимание человека, видевшего ее первый раз в жизни.
Нужно было отдать королю Сферстранума должное – в заместители себе он выбрал весьма неглупого человека: кратко оглядев Эллу, оценив обращение и грамотную речь, маркиз Анухет знаком велел ей следовать за ним, и вывел из зала.
- 5 -
За первой четвертью часа последовали еще две – вызванные маркизом мажордом и кастелянша безуспешно попытались найти того горе-слугу, что встретил во дворце высокую ночную гостью. Суету прервал секретарь его величества Джея I, который явился за Эллой по поручению господина, чтобы пригласить в малую столовую на завтрак.
К счастью, до его появления кастелянша успела помочь Элле привести себя в относительный порядок – отзывчивая женщина нашла умелую горничную, расчески, шпильки и приличное, хоть и чуть свободное в груди платье. Майордом лично сопроводил Эллу в нужную залу.