- Софи, малыш, - пытаюсь разбудить в ней подсознание.
Я угадал, услышав мой голос мысли, потекли рекой. Пусть даже они мне не нравится, так я чувствую, что она живая. Признаюсь, даже некий здравый смысл есть в ее мыслях.
Тихо обнимаю ее, но реакции нет. Отчаянно смотрит на эту луну, будто видит в этом какой-то смысл. Эгоизм берет свой верх и я закрываю обзор собою. Смотрю на нее и даже расцарапанное лицо совсем не портит ее. Так же от нее исходит некий свет, притягивающий и сводящий с ума.
Нежно касаюсь ее распухшей губы, от боли сковывается и терпеливо лежит. Зажмуривает глаза, и слезы тихо капают на подушку. Досталось же ей от меня за упрямство сегодня.
- Тише, сейчас все пройдет, - всматриваюсь в ее лицо и хочу дотронуться, чтоб исцелить.
- Не нужно, - наконец подала голос.
Не могу понять, что не нужно? В голове снова тишина. Наверно это страх, что могу сделать чего похуже.
- Я исцелю, - смотрю на тот ужас, который вытворил с ней сегодня.
- Нет, - отворачивается в сторону и зажмуривает глаза.
Нет? Ей не нужно мое исцеление?! Да, любая другая рабыня за мое прощение выполняла бы любое мое желание! Черт побрал эту дуру! Из какого теста она слеплена?!
- Оставь все как есть, - тихо шепнула и уткнулась в подушку.
Отвернулась и плачет. Теперь я отчетливо слышу ее мысли и чувства. Обычно я на такое смеялся в лицо, и бил сильнее по людским чувствам.
Я уткнулся в ее волосы и тихо лежал, будто сплю. Что только я не услышал в ее мыслях. Где-то она ругала меня, судьбу и даже себя, а где-то любила меня. Вслушиваясь, я теряю здравый смысл ее болтовни, особенно там, где она меня желала. То ли она мне льстит, специально играя со мной, то ли правда где-то глубоко это у нее всплывало?
Засыпая, о чем она последнее подумала: - «Как же я хочу умереть!» - и тут отключилось ее сознание.
- Смерть, нужно еще заслужить, - это фраза меня просто приводит в бешенство.
Какие же вы слабые! Как только теряют равновесие в этом мире, ищут спасение в смерти. Смерть далеко не спасение ваших проблем, это начало всех начал. Только после смерти вы познаете всю горесть настоящей жизни! И вот только дважды умереть не получится!
Чувствую, как лава течет по моим венам. Хочу сжать ее сильнее и задушить в своих объятьях. Сдавливать и смотреть, как она будет задыхаться и молить о пощаде опровергая мысли о смерти. - Даже после смерти, Софи, - не справляюсь со своим гневом, разворачиваю ее к себе. - Ты, будешь гореть в моем аду!
- Что? - сонно открывает глаза. - Максимилиан? - невнятно выговаривает мое имя, нежно, но и этим меня не остудить сейчас.
- Значит, лицом к лицу с чудовищем?! - нависаю над ней, смотрю в ее испуганные глаза. - Смерти хочешь?!
- О чем ты? - шепчет дрожащими губами.
- Впервые я был мил так! - сжимаю запястья ее сильнее и сильнее. - Тебе всего лишь нужно было покориться мне и ты бы...
- И что было бы?! - выкрикивает мне в лицо, сквозь слезы. - Ты бы трахал меня, когда это тебе хотелось бы, а потом бы убил как ту девчонку?! Чего тянуть?! Трахни и убей сейчас?! - смотрю на нее, все вскипает от гнева, готов и правда придушить.
- Убить? - шепнул тихо ей на ухо. - Я покажу тебе, что есть смерть и что такое лицом к лицу с чудовищем!
Кровати на который мы лежим, с треском летит в самое ядро земли. С грохотом мы приземляемся в самое сердце девятых врат ада.
Зной, жар, запах гнили ударяют прям в лицо. Тащу ее за руку по раскаленному асфальту, терпеливо тянется за мной, прихрамывая. Сердце нервно стучит, чувствую ее страх и испуганные мысли.
- Где твоя смелость, Софи? - усмехаюсь, поворачиваюсь к ней. - Вот что ждет тебя после того, как ты умрешь!
Вмиг стоим на дороге тонкой как нить и острой как лезвие, самого наточенного кленка в мире.
- Дернешься и разрубит напополам, - поддерживаю ее за талию, чтобы и вправду не упала.
***
София
Не могу вздохнуть, исходящий жар обжигает мне легкие. Под нами что-то вроде вулканической реки. Мельком пытаюсь взглянуть, но глаза жжет так, что кроме красного текущего пламя я ничего не вижу. Утыкаюсь в шею Максимилиану, прячась от адской гари.
- Обернись, - шепчет мне на ухо.
Поворачиваюсь и вижу, как по лезвию идет цепочка людей, лица испуганные, а глаза пустые. Шатаясь до меня доходит человек, тянет руку. Он скользит, в ответ тяну ему руку, чтобы помочь удержаться, но его рука проходит насквозь мою и он падает вниз. Снизу доносятся до меня мучительные крики, сердце сковывает. Идет следующий, за ним другой и ни один не может удержаться на этом пути.