Реджани судорожно вцепился обеими руками в крест, продолжая двигаться вниз, но уже значительно медленнее.
Неожиданно до их слуха долетел дикий хохот, и в тот же миг горячий ветер ударил в лица священникам. Реджани услышал, как кто-то зовет его из темноты.
— Чейзен уже внизу! — кричал Теппер. Они развернулись и, не разбирая дороги, как безумные кинулись опять наверх.
Трубы отопления на площадках угрожающе загудели.
— Мы должны вырваться отсюда! — закричал Реджани, и перед глазами его возник образ Франкино, выкинутого из окна в переулок.
На девятом этаже священники остановились и начали колотить в дверь, пытаясь открыть ее или выбить. Но массивная дверь не поддавалась.
Теппер в отчаянии отступил назад, едва переводя дух, а потом вдруг застыл на месте, прислушиваясь.
— Он приближается! — взволнованно зашептал священник. Голос его срывался. — Я уже чувствую его дыхание!
Реджани шагнул к своему напарнику и вдруг услышал совсем рядом его пронзительный вопль.
— Теппер! — закричал кардинал.
Но из темноты ему никто не ответил.
А вокруг продолжали угрожающе реветь трубы, готовые лопнуть в любой момент. Первая капля горячей воды упала кардиналу на лоб. И вновь раздался отчаянный крик, а потом тяжелый глухой удар, словно где-то упал с высоты мешок с песком.
— Теппер! — снова позвал Реджани.
— Все в порядке! — откликнулся священник откуда-то снизу. — Я просто оступился.
И опять на лоб Реджани упали капли воды, но на этот раз их было уже намного больше. Трубы гудели с нарастающей силой. Кардинал прижался к стене, вслушиваясь в угрожающую капель, и вдруг наверху что-то словно разорвалось, и вода хлынула на лестницу ревущим бурным потоком.
— Чейзен хочет нас утопить — закричал кардинал отцу Тепперу. — Надо убираться отсюда!
— Я не могу идти! — раздался снизу голос помощника. — По-моему, меня угораздило сломать ногу.
Реджани вцепился в скользкие от воды перила и стал пробираться к нему на помощь.
— Я иду к вам! — громко кричал он, стараясь перекрыть рев водопада. И снова что-то громыхнуло наверху. Вглядываясь в темноту, Реджани почувствовал, что поток усиливается. Видимо, теперь лопнули не только трубы, но и цистерна на чердаке.
И тут огромная волна захлестнула его, отрывая от лестницы. Он успел схватиться за поручень, а ноги беспомощно заскользили вниз по ступенькам. Реджани фыркал и отплевывался, пытаясь набрать в легкие побольше воздуха, чтобы не захлебнуться. Он слышал, как где-то рядом задыхается Теппер, отчаянно шлепая по воде руками.
А вода меж тем все прибывала, с грохотом заполняя лестничные пролеты и снося все на своем пути.
Реджани с головой погрузился в горячий поток, но потом снова вынырнул на поверхность, из последних сил борясь с наводнением. Волны с бешеной скоростью несли его вниз, ко входу в подвал. Наконец ему вновь удалось схватиться за поручень. Теперь он пытался отыскать отца Теппера, который к этому времени уже перестал кричать и затих.
Сквозь рев воды кардинал слышал раскаты дьявольского смеха Чейзена, во весь голос проклинающего Господа Бога и Иисуса Христа.
Наконец Реджани удалось найти опору на одной из площадок. Но новая волна захлестнула его и понесла дальше вниз. Стараясь держать голову на поверхности, он не переставал жадно хватать ртом воздух. И вот он достиг площадки первого этажа, перевернулся на спину и следующей мощной волной был вынесен к закрытой двери подвала, ударился об нее головой и потерял сознание.
— Вы являетесь следующим Стражем, Бен Бэрдет, — торжественно провозгласил Макгвайр, указывая пальцем на Бена. — Вы будете преемником архангела Гавриила и всех, кто сменился на этом посту после него. И вы будете охранять Землю от приближения Сатаны. — С этими словами он возложил руки на плечи сестры Терезы. — Но вы должны знать, что скоро Чейзен попытается заставить вас покончить с собой. Он как хищный зверь будет кормиться вашими слабостями и пороками, вашим страхом и вашим прошлым, которое до времени было погребено в недосягаемых глубинах вашего подсознания. И он сделает это еще до того, как осуществится передача распятия из рук в руки. — Священник опустился на колени и начал молиться. Бен молча взирал на него. — Вы — избранник Божий, — с благоговением произнес Макгвайр и протянул к Бену руки.
Кардинал Реджани болезненно поморщился и открыл глаза. Лестница перед ним сейчас была будто в густом тумане. Держась за голову обеими руками, он часто заморгал, надеясь, что так быстрее все прояснится. Он уже порядком продрог, лежа на спине в огромной луже воды, собравшейся на каменном полу у входа в подвал. Водопад, очевидно, уже прекратился, и теперь с потолка лишь падали отдельные капли. Вокруг стояла мертвая тишина.
Реджани перевернулся и встал на колени, скользя на мокром полу. Потом осмотрел себя и увидел, что левая рука довольно сильно поранена. Сколько же времени он пролежал здесь без сознания?.. И где сейчас отец Теппер? Что стало с ним?
Опираясь о стену, он нетвердой походкой направился к лестнице.
— Теппер! — позвал кардинал и, изогнувшись, заглянул снизу в широкий пролет лестницы. Но ему ответило только эхо. Выждав немного, он начал медленно подниматься, с трудом держась на ногах. На втором этаже он задержался, заметив, что вода на ступенях окрашена кровью. Реджани опустился на колени и погрузил руки в эту красную воду. И тут что-то сильно стукнуло его по плечу. Реджани повернул голову и замер.
Сверху на него свисало мертвое тело отца Теппера. Голова его была зажата между прутьями перил, а тело безвольно болталось, словно на виселице.
— Господи помилуй! — закричал Реджани, и в голосе его смешались жалость и злость.
Послышалось звяканье какого-то металлического предмета. Реджани поднялся и подошел к трупу вплотную. Рядом с ним, зацепившись за арматуру, висело распятие, еще недавно принадлежавшее отцу Тепперу, и ритмично колотилось о чугунную стойку перил.
Сестра Тереза пошатнулась на стуле и правой рукой схватилась за грудь. Макгвайр, закончивший к этому времени читать молитвы, встал, чтобы поддержать ее. Бей испуганно отступил назад.
Сестра Тереза судорожно вцепилась в руку священника. Кровеносные сосуды на ее лице стали лопаться, изо рта закапала густая слюна. Монахиня начала бледнеть на глазах и медленно сползать со стула. Макгвайр Задохнулся при виде этого зрелища.
— Она умирает! — закричал священник.
Но Бен продолжал стоять на месте как вкопанный. Неожиданно комната озарилась ярким светом, ослепившим всех, кто находился внутри. Звуки приближающейся толпы нарастали, порывистый ветер бил в лица.
— Чейзен где-то здесь! — закричал Макгвайр, и тут же большой кусок известки обрушился на него с потолка. Стекла в окнах жалобно зазвенели и вдруг будто взорвались, разлетевшись на миллион острых осколков Неожиданно на рамах вспыхнул огонь и стал жадно пожирать занавески.
Мистер Васкес выбежал из своей квартиры в коридор первого этажа.
— Кто звонит? — взволнованно спросил он, перехватывая у привратника трубку.
— Мистер Чупа с восьмого этажа, — сообщил тот.
— Это Васкес, — крикнул управляющий в домофон. Чупа срывающимся голосом объяснил ему, что где-то наверху, по всей вероятности, начался пожар. Потому что уже на восьмом этаже он почувствовал запах гари, а потолок в его квартире начал разогреваться.
— Срочно уходите из дома! — закричал Васкес. — Если можете, немедленно разбудите всех соседей! Только не вздумайте пользоваться лифтом — в шахте тоже может быть огонь. Уходите по лестнице. — Он резко бросил трубку и вцепился в мундир привратника.
— Немедленно эвакуировать всех жильцов! — приказал управляющий.
— Есть! — по-военному ответил тот и, включив внутреннюю сирену, тут же начал обзванивать всех жильцов, начиная с самого верха.
Васкес бросился по коридору к лестнице и вдруг остановился, не веря своим глазам. Ковер у него под ногами был мокрый, и вода продолжала струиться из-под двери лестничной клетки.
Он схватился за ручку и рванул ее на себя. Но дверь не поддалась, словно была заперта кем-то с другой стороны.
Кардинал Реджани поднял голову и увидел ночное небо через огромную дыру в крыше. Часть громадной водяной цистерны угрожающе свисала вниз, проломив пол чердака, и через край лопнувшего резервуара еще выливались остатки воды. Правда, если постараться, можно было вылезти по искореженному металлу на крышу, а уже оттуда попытаться попасть на десятый этаж. И так как другого выхода у кардинала все равно не было, он решил воспользоваться этой единственной возможностью выбраться из заточения на запертой лестнице.