Побежав за ним, я не ожидал, что восприму известную игру в «кошки-мышки» с нового ракурса. Нет, преследование противника не было для меня чем-то новым, но зверь внутри меня рокотал, считая, что злоумышленник покусился на святая-святых — его истинную.
— Акстись, дурак, — уговаривал сам себя, надеясь, что ипостась услышит. — Это еще не доказано. То, что девушка тебе понравилась, не говорит, что она истинная пара.
— Ррр, не моя? — удивился внутренний дракон. — Это невозможно.
Ему-то все было все ясно. Он почувствовал приятный запах, легкое влечение и сильное сердцебиение в сердце. Лично мне этого мало даже для поиска пассии на ночь, а я известный ходок по ночным барам.
Я следовал за преступником, боясь сойти со следа, но перепрыгивая с одной крыши на другу, в конце концов, потерял его.
Остановившись на одном из домов, я осмотрелся. Следующее здание, на счастье, возвышалось в десятках метров от нас, и каким бы ни был противник, он бы не преодолел огромное расстояние. Под ногами шумели магповозки, снующие на перекрестке, грохотал промозглый ветер, а я глазами искал незнакомца. Если он появился в доме Ии, значит, она в опасности. Тот, кто заказал убийство Курта, не желал оставлять свидетелей за своей спиной.
Раздался грохот где-то за цистерной, скапливающей дождевую воду и делающей запас для жильцов дома. Я дернулся на звук и медленно пошел в ту сторону, наматывая защитное заклинание на свою руку.
В Ригборо большинство домовладельцев не были подключены к центральному водопроводу. Они пользовались своим, собирая воду благодаря ненастной погоде. Обычно на крышах домов Миззлпоинта располагались огромные цистерны, рассчитанные на каждого жителя.
Я подошел поближе, и тут же на меня обрушился поток боевых смертельных заклятий. Чудом увернувшись и скрываясь за углом, я кинул несколько своих, раздумывая, как бы поймать мерзавца.
Все притихло, но в неожиданный успех я не верил.
Стоило обратиться в дракона, но тогда я не смогу легко ступать по крыше дома. Придется подниматься в воздухе и становится бесповоротным и тяжелым животным, от которого легко уйти по самой обычной лестнице.
— Где ты? — крикнул я из своего укрытия. — Сдавайся. Все равно у тебя нет шансов.
— Я лучше умру, — раздалось справа, и я, словно заведенный, перекувыркнулся и заново пустился в атаку.
Мы перебрасывались волшебством, пока я не устал. Мне надоело, и, наверное, это было неподходящим решением. Я несколько лет считался в нашем участке самым великолепным, самым способным и самым быстрым оперативником. Видимо, слава ударила в мою бедовую голову.
Выйдя из укрытия, я пускал одно заклинание за другим, приближаясь к цели своей вылазки, но достигнув лестницы, ведущей к цистерне, не обнаружил никого.
Сплошная пустота.
— Что за проклятие? — ругнулся я, осматриваясь вокруг.
И, словно демоны, восставшие из преисподней, на меня накинулся противник. Он прятался наверху, а едва я подошел поближе, бросился на меня со всей своей заготовленной магией.
Я почти не отбивался, резерв уже был на исходе, зато ожидал, что он скажет хотя бы одно слово, проясняющее его преследование лекаря. Мне надо было узнать заказчика, но, как назло, мужчина, скрытый за натянутой шапкой с прорезями, молчал. Мы тянули друг друга, бились кулаками, но никто не брал верх. Я поднялся выше, намереваясь притопить соперника в воде, но сам пострадал он своей недальновидности.
Здоровяк, и я только сейчас осознал, что он оборотень-медведь, перекинул меня через плечо и погрузил в широкий бассейн. Он надавливал на мою голову, не давая вынырнуть, пока я окончательно не выбился из сил и не потерял выход к кислороду. Легкие опустели, а мозг опустил сознание в темноту.
Похоже, что это мой конец. Когда-то же он должен был прийти?
Чужие руки отпустили мое тело, а я поплыл словно рыбацкий поплавок.
***
— Брентон, надменный ты дурак, — слышал женский голос в отдалении. — Так, ящерица чешуйчатая, ты не умрешь. Я тебя убью собственноручно.
Я словно воспарил над собой и видел все со стороны.
Меня тащила мелкая темноволосая девчонка, выуживая из бассейна. Она грубо скинула меня на поверхность, полностью погрузившись в воду, вернулась к лестнице, спрыгнула с нее и бегом, приблизилась ко мне, усаживаясь верхом.
Она прыгала без остановки, давила на грудь, что есть мочи, ломая ребра, а потом коснулась своими губами моих. И мир окончательно перевернулся.
Застыл.