— Я не обслуживаю, а занимаюсь целительством, — оттолкнула незнакомца со своего пути, — и жалованье мне платят достойное. Здесь достаточно бедняг, кто может не дожить до утра, а с вашим хозяином ничего не случится.
— Эй, я не понял, — он водил взглядом от меня до своего босса. — Ты отказываешься, что ли?
— Оставь ее, — прищурился мужчина. — Видишь, девушка не шутит. Раз она сказала, что мне ничего не грозит, то не будем ей мешать.
Сама поражалась своей храбрости, но как же мне надоели самодовольные богачи, ровнявшие мою профессию со сферой услуг. Едва им припечет, и всех лекарей они переставали называть прислугой, но до этого постоянно кичились своим положением.
К счастью, никто больше меня не беспокоил. Я завершила осмотр привезенных больных, вызвала несколько хирургических бригад, чтобы забирали своих пациентов, и даже успела оказать помощь какой-то малышке со сломанным пальцем.
Не смогла пройти мимо, хотя ее случай мог и подождать. Они появились позднее, и мама девочки с ужасом прижималась к стене, косясь на криминальных личностей, заполонивших холл больницы. И ее опасения я понимала, бандиты были редкими гостями в лечебнице. Предпочитали собственных частных целителей, способных хранить тайны.
Наконец, развернулась к мужчине, что терпеливо сидел на одной из лавочек в приемном покое.
— Пойдемте, — хотела помочь ему подняться, но он резко отстранился, будто бы я была заражена какой-нибудь специфической и мерзкой болезнью.
— Я сам, мисс Доудсон, — прочитал он мое имя на бэйджике. — Не младенец.
— Как считаете нужным, — пожала плечами, подавив желание порассуждать о глупом поведении.
Все равно не догадается, что я хочу донести. Здесь не место, чтобы храбриться, а лишнии движения только помешают моей работе.
Указав на дверь процедурной, преградила путь его огромному помощнику.
— Вам сюда нельзя! — Встала и посмотрела на здоровяка снизу вверх.
Он с трудом удержал хохот, потому что выглядели мы явно комично. Я со своим низким ростом, доходя ему до середины живота, и амбал, что едва втискивался в не самый узкий проем.
— Девочка, да что ты мне сделаешь? — усмехнулся он.
— Брэд, не надо, — остановил его пострадавший, уже устроившийся на кушетке и расстегивающий рубашку. — В жизни не поверю, что эта крошка может меня хоть как-то обидеть.
Я фыркнула, но оскорбление проглотила. Пожалуй, достаточно испытала на сегодня собственную удачу, тем более что мне предстояло остаться с этим чужаком наедине.
— Хорошо, босс, — кивнул его подельник, — я здесь сижу, жду.
— Жди, жди, — мужчина сцепил зубы и уставился на меня. — Чего застыла? Латай.
Великий дух, как много терпения требуется, чтобы не приструнить нахала. Но я же давала клятву... Своеобразная дань традициям для всех целителей. Какими бы ни были пациенты, мы окажем помощь и вылечим, если это, вообще, возможно.
Я закрыла дверь и выдохнула. Стрелки часов медленно тянулись к шести утра. Еще немного, и меня сменит Бэйкер, а я с синяками под глазами поплетусь домой.
В процедурной было очень светло, ярко, ослепительно, все ради удобства работников, а еще пахло дезинфицирующими растворами. Не все мои коллеги могли пользоваться исключительно магией, да и я в том числе — некоторые раны мы обрабатывали руками, используя стерильные инструменты, тампоны и бинты.
— Вы разделись, вижу, — губы мои чуть дрогнули.
Я же не слепая. Раненый был чудо как хорош собой. Крепкий, жилистый, высокий, но почти все тело испещрено плохо сшитыми шрамами. Что за мясник его зашивал?
Сев рядом, начала осмотр и, расслабившись, выпустила силу. Я не торопилась, медленно убирала остаточный след злого заклинания, чтобы оно не отравляло кровь. Это было похоже на вязание. Как будто кто-то допустил ошибку, а я расшивала неудачное изделие и заново вставляла потерянные ниточки. Работа была кропотливой и энергоемкой, но я не могла просто наложить повязку на тело больного, даже если бы в волшебстве не было ничего опасного. За несколько лет в больнице я четко усвоила, что в подобных делах рассеянность, брезгливость, отсутствие трудолюбия могут еще больше навредить, чем исправить положение.
— И как зовут мисс И. Доудсон? — заинтересовался вдруг незнакомец, выдергивая меня из мыслей.
Я поморщилась. Свое редкое имя недолюбливала и считала его чересчур вычурным.
— Иария, — не отрываясь, завершала лечение. — Сидите смирно, не двигайтесь и лучше не болтайте.
Он меня напрягал, чуточку пугал, и я мечтала, чтобы больной быстрее покинул кабинет.