Покончив с ними и получив от меня подтверждение, что я все поняла, он начал задавать вопросы. В основном просил пересказать события двух прошедших дней, но поднимались темы и иного характера.
— Домовладелица сообщила, что вы живете одна, и у вас больше нет родных, — вчитывался он в разложенные на столе документы. — Что же произошло?
— Родители погибли, когда я еще школу не закончила. — Я ненавидела вспоминать эту грустную историю. — Пришлось переехать в семью Парсон.
— А какие отношения были у вас с Куртом? — Олдридж буравил меня пронзительным взглядом. — Близкие, тесные? Много ли вы общались?
— Первое время много, — нехотя призналась я, — но после моего поступления все изменилось.
— Что стало причиной резкой смены отношений?
— Это имеет значение? — После долгого дня я изрядно устала, и меня начинало подводить терпение.
— Все имеет значение, мисс Доудсон. Рассказывайте. — Холодно бросил чиновник, а я невольно поежилась.
Не успела я и рта раскрыть, как за меня вступился Мерфи.
— Я стал тому причиной, Дэвид. Курт начал общаться со мной, а я тогда был полным идиотом и задирал Ию. Ясно?
— Ты почти не изменился, — прищурился скользкий ящер. — Странно. Разве такое возможно, ведь вы...
— Дэвид, — зарычал Брент, перебивая его. — Это к делу не относится. Либо вели допрос нормально, либо выметайся, а я закончу за тебя.
— Хм, ты об этом и мечтаешь, верно? — усмехнулся лейтенант, но послушался совета и вновь повернулся ко мне. — Вы подтверждаете слова мистера Мерфи, мисс Доудсон?
— Да. — Мельком я взглянула на своего защитника.
Сейчас он выглядел виноватым, будто переживал за прошлое. Может, так оно и было, но в любом случае он вел себя странно.
— А после обучения? — вытащил меня из задумчивости Олдридж. — В его слайдере последний звонок был адресован вам. Что хотел от вас Курт?
Кажется, мой назначенный страж нервничал больше, чем желал показать. Под столом он дотронулся до моей коленки и с силой сжал ее. Естественно, я ее не отдернула, но и праведного гнева не испытала. Меня скорее ошпарило огнем, только это была не злость, а что-то другое.
— Он просил о встрече. Торопился и был очень взволнованным. — Стараясь не подавать виду, я смахнула чужую руку.
— А о чем он хотел поговорить, вы, конечно, не знаете?
— Понятия не имею.
Глава 7.
Сержант Олдридж мне не нравился. Может, это зависело оттого, что я уже привыкла к Мерфи, но последний хотя бы не смотрел на меня так... будто я виновна в смерти брата.
Допрос, наконец, закончился, и то, не потому, что Дэвид не хотел дальше расспрашивать меня, а потому что время, указанное законом, вышло, о чем не постеснялся напомнить Брент.
— Не скрывайтесь, мисс Доудсон, — напутствовал лейтенант, провожая меня пытливым взглядом. — От вашего участия многое зависит.
— Мне казалось, что наоборот, — заметила я, подавляя ехидную усмешку, — Зачем меня тогда прятать?
Чиновник сделал вид, что не расслышал последнее замечание.
— Я буду держать с вами связь через Брентона.
Я пожала плечами.
— Ему виднее.
Выйдя за пределы участка, отказываясь от щедрых предложений выпить кофе или покурить, хотя я и покончила с вредной привычкой около шести лет назад, меня бодро шлепнули по плечу.
— Ты держалась молодцом, Ия, — улыбнулся Брент. — Спасибо.
— Да? — я немного удивилась, потому что не скрывала своего нетерпения и злости. — Зачем они спрашивали меня об очевидных фактах? У них же в досье указано, почему я осталась сиротой.
— Следили за твоим выражением лица, — беспечно ответил дознаватель. — Хотели выяснить, как ты ведешь себя, когда лжешь.
— Боги, — я выругалась и испуганно воззрилась на собеседника. — Значит, они поняли мою ложь?
— А где ты соврала, Ия? — улыбнулся Брент. — Курт просил о встрече, ты подтвердила, он волновался, ты и этого не скрыла, а вопроса о тайном пакете не было. Ты о нем и не знала, если бы не рассказала соседка. Так что тебя никто не заподозрил.
— С тобой поведешься, — я зачем-то толкнула мужчину в бок, — и не такому научишься. Брент, я очень хочу спать.
— Недолго осталось, — Дракон посмотрел на меня и взглянул на экран слайдера. — Что? Даже ужинать не будем?
— Заказывай доставку к себе в квартиру, — удрученно произнесла я. — Хочу быть дома, чистой и свежей, и не думать о ваших преступлениях.
— Если бы ты знала, как я рад, — мне казалось, что после допроса Брентону ничего не испортит настроение.
Он сел вместе со мной, всю дорогу хохмил, а в подъезде услужливо подавал руку. Будь этот парень кем-то другим, я бы восхитилась и привела его на знакомство с Элеанор, но это же Мерфи. Ящер не в состоянии хранить верность больше недели, а уж как он разбирался с бывшими...