Внутри будто что-то рассыпалось. Я была не в силах переодеться или поесть, да даже до душа дойти не могла, чтобы смыть кровь кузена, оставшуюся на моих руках. Я плакала и жалела себя, брата и мир вокруг, кляня власти за распространившуюся преступность в городе.
Что натворил Курт? Что просил забрать из его квартиры? Боги, я же и упомянуть-то про это забыла. Все затмило моя встреча с убийцей, а потом появление Брентона.
На груди словно что-то загорелось. Две визитки, полученные в ужасную, кошмарную ночь. Одна, выданная вылеченным мною бандитом, а вторая, которую спешно всучил Брент.
Я потянулась к слайдеру. Надо сообщить о каком-то там конверта, вдруг это важно для расследования.
В дверь кто-то зазвонил.
Нехотя я встала и медленно приблизилась к глазку. Слава богам, что в подъезде меня поджидала заботливая соседка, живущая на несколько этажей выше.
— Миссис Прайс, — я открыла ей, совершенно позабыв о собственном образе. — Простите, но вы не очень вовремя.
— Ия, детка? — ошалела она, окинув меня своим проницательным и подмечающим любую мелочь, взглядом. — Ты вся в крови. Что с тобой случилось?
Элеанор Прайс была из тех, кто плюет на любые условности. Эта пожилая женщина была домоправительницей, сдавала нам квартиры, а еще считала, что все балконы, выходившие на улицу, принадлежат исключительно ей. Кто-то спорил и отказывал, но у меня никогда не было ни времени, ни желания ей противоречить. Она засадила всю мою лоджию опасными и хищными цветами, предпочитающими свежее мясо. Из-за этого я почти не выходила на воздух. Зато у меня появились другие преференции, весьма полезные, если быть честной. Когда в доме что-то ломалось, то бытовой маг-служащий быстрее приходил ко мне, чем к тем, кто противоречил старушке. Спорщики могли ждать месяцами. А еще она была чересчур зоркой. Она знала все обо всех и с удовольствием распускала сплетни.
Но не обо мне.
Возможно, я вызывала у нее жалость и сочувствие. Вечно утомленная целительница, измерявшая ей давление. Она взяла надо мной своеобразное шефство, иногда подсовывая в кавалеры своих бесконечных племянников.
За меня она стояла горой. Думаю, придуши я кого-то при ней, она бы меня прикрыла. Это, конечно, касалось любых дел, кроме ее любимых плотоядных растений.
Она прошмыгнула в квартиру, а я и возразить не успела. Элеанор по-хозяйски распахнула балкон, поливая и подкидывая куски мяса своим питомцам. Она что-то напевала, а потом резко развернулась.
— Ия, быстро в душ, на тебя смотреть больно, после объяснишь, что приключилось. Я пока чайник поставлю.
Я просто кивнула. Какой смысл спорить с женщиной, если она все равно не уйдет? Хоть вытащит меня из эмоциональной ямы.
Смывая с себя остатки дня, я очень долго стояла под потоками воды. Всегда поражалась, что мне не хватает буквально одной минутки, чтобы достичь ванной комнаты. Я часто засыпала после смен, не утруждаясь переодеванием, но если я доходила до душевой, мне было значительно легче. Так случилось и сейчас.
Слезы, пот, кровь смылись вместе с грязной водой, а я предстала перед Элеанор значительно посвежевшей.
— Ну, — она улыбнулась. — Теперь на тебя хотя бы можно взглянуть без содрогания. Признавайся, что с тобой произошло?
Я нехотя начала вещать. Поначалу мои объяснения были скупыми, я что-то там говорила о брате, о наших не самых близких отношениях, но сама не заметила, как начала плакать. Миссис Прайс молча выслушивала мою исповедь, подливая чай из горячего чайника.
— Ия, моя девочка, отпусти. Ты бы ему не помогла, — вздохнула она. — Слава Великому духу, что ты не пострадала. Я и представить боюсь, чтобы со мной стало, окажись я в твоей ситуации.
— Он же мой кузен, — жалостливо протянула я. — У меня и родственников не осталось.
— А зачем они тебе? — угрюмо заключила моя собеседница. — У меня огромная семья, разрослась на весь Эрлис, но кто меня навещает? Мои ждут не дождутся, когда я сложу руки крест накрест и улягусь в гроб. Они первыми придут делить этот дом.
— Вы прибедняетесь, — невольно высказала свои мысли вслух. — У вас бесчисленное количество племянников.
— Это да, — скривилась домоправительница. — Но если я звоню по слайдеру, в надежде, что кто-то поможет с засором, на основных дозвонах стоят номера городских служб.
— Наверное, я просто устала. Тяжелая смена, а смерть Курта и вовсе выбила меня из колеи.
— Надо думать, — хмыкнула соседка. — Ты не переживай, я за тобой присмотрю. — От ее слов захотелось съежиться. — Тебе же назначили дознавателя?