Блять… Какое блаженство… Клокочущее в груди чудовище мирно поскуливая опускает свою клыкастую морду в её ладони и утихает.
— Тебе идёт это платье, Мышонок, — шепчу в её правое ушко, а сам даже и не смотрел на него.
Твёрдый каркас мешает мне чувствовать изгибы ее тела, и это начинает злить. Хочу сорвать его с её божественной фигуры, чтобы ни одна тряпка не прятала эту богиню от меня. В этот момент я ненавидел её за эту власть надо мной, желал её не смелых, но дерзких поцелуев, и упивался её ароматом. Что это за запах? Чем она пахнет? Почему он так сводит с ума? Почему она так сводит меня с ума?
—Я соскучилась…
Всего два слова на выдохе, а у меня радости, будто чудо случилось. Соскучилась! Моя малышка соскучилась!
—Прости. Задержали на складе, а потом с Волковым встречался.
Не знаю, почему соврал. Наверное, из-за вспышки вины за то, что долго так. Время двенадцать уже. Скоро полдень. Мог ведь и раньше приехать, если б не тот сопляк. Сжал её крепче и прошёл от талии к бёдрам, подавляя безумный рык, потому что нащупал резинку чулок. Чулки. Твою ж мать!
— Я знаю. Твоё расписание я составляю.
Повернулась в руках моих, одной за шею обняла, второй за галстук взялась и ко мне всем телом прижалась. Прошёлся взглядом по губам её, по карим глазам с более светлыми крапинками, а в моей голове мыслей больше нет. Сплошная каша и та бесполезна.
— Сегодня ты ещё красивее, — посмотрел на часы и нахмурился. Час же был! Куда тридцать минут делись? — Всего полчаса до обеда. Успеем.
Не смог держаться больше, в губы её впился, в кабинет уволок, а там сюрприз не особо приятный ждал. Какого хера она без лифчика сосками тут своими сверкает? Да, на груди сборок много и под ними твёрдая штука эта на талии придерживает ей грудь, но, чёрт возьми, я-то об этом знать теперь буду! Решил наказать. Пусть без нижнего белья побегает. Я её натуру уже знаю, ей это ой как не понравится. Но с первым движением в ней всё недовольство испарилось, будто и не было ничего, а после страх снова охватил. Испугался, что исчезнет она, возьмёт и уедёт с сестрой своей, а про меня и думать не станет. Не знаю, почему сказал всё как на духу. Хотел сказать больше, но снова испугался, что рано ещё. Второй день наших отношений, а тут в лоб слова такие громкие. Нет. Потеряю её. Лучше подожду. Пусть Мышонок сам определиться со своими чувствами ко мне. Я видел в её взгляде что-то тёплое и нежное, но ещё слишком слабое. Слишком хрупкое, что стоит только сделать неверный шаг и спрячется это глубоко, далеко, а может и вовсе исчезнет. Но она вдруг сама сказала, что не отказывается от меня. Что плевать ей на мои загоны. На всё наплевать. Что нужен ей таким, какой есть. Ведь она это имела в виду? Это же?
Пока собирались к обеду, ещё раз ею овладел. Любил её долго. Что в итоге не пошли мы ни в какой ресторан, а перекусили тем, что купила Михаила на днях. А ведь я даже и не додумался бы до такого, чтобы не срываться с работы каждый раз. Может, заключить с какой-нибудь доставкой договор, чтобы привозили сюда еду? Нужно будет подумать по этому поводу.
Пока малышка относила использованные контейнеры в приёмную, чтобы выкинуть их, решил собрать канцелярию с пола и уже поднялся с последним карандашом, как услышал от двери знакомый голос на повышенных тонах.
— Жена я его, дура ты безмозглая! Пошевеливайся!
Убью эту тварь!
Глава 14. Михаила
Выйдя из кабинета своего шефа, бросила в урну одноразовые контейнеры из-под салатов и запустила кофеварку. Мне срочно нужна доза чего-то бодрящего или усну прямо тут и стоя. Потёрла глаза, в которых будто песка насыпали, и заметила периферийным зрением движение. Женщина. Я таких только в кино видела или у мамы на работе. Эффектная блондинка моего возраста с каре на удлинение в дорогих одеждах и мехах. Зелёные глаза прошлись по мне с цинизмом и презрением, а тонкие губы собрались в трубочку. Вот ничего же ей не сделала, а смотрит на меня, будто я ей скорпионов за шиворот насыпала.
— Кирилл у себя?
Немного удивило эта фамильярность, но, решив не обострять ситуацию, натянула вежливую улыбку.
— Как мне вас представить?
Она сощурила свои идеальные стрелки и фыркнула.
— Жена я его, дура ты безмозглая! Пошевеливайся!
На мгновение подвисла. Жена? Как? Он же… Или женат? Но я никогда не видела на пальце даже следа от кольца. Идиотка ты, Миша. Его и не будет, если часто снимать. А Мила говорила, что знала к кому меня пристроить, видимо рассчитывая на его верность супруге, но я сама дала на всё разрешение. Сама согласилась на этот бред.