Он словно сам Дьявол – стоит, соблазняет меня, доводя до стыда и жгучего желания. Я ложу ладонь на его бедро и веду ею выше, тихонько вонзаю ногти на сгибе таза и чувствую дрожь его тела. Я помню о его исключительности. Да, времени прошло ещё мало, но мне казалось, что это нужно ему и сейчас.
Прокашлявшись, Демонов называет адрес, откладывает телефон на стиралку и входит пальцами в меня, зажимая мою шею в другой руке. Я стону и трусь о его внушительный член попой, чувствую вибрацию спиной и представляю, как он рычит или стонет мне в волосы. И это сводит меня с ума. Он растирает влагу по клитору, по половым губам, не глубоко входит внутрь, дразня меня ещё больше и заставляя смотреть ему в глаза. Я выдыхаю его имя, на что получаю лишь усмешку, но чувству, как он перегруппировался и теперь его член протиснулся между моих ног, заскользив по мокрой промежности, но не вошёл. Я состроила жалобно бровки домиком и захныкала, получив в ответ оскал настоящего Демона. Моё тело задрожало под его взглядом полным неприкрытой похоти и страсти. Так сложно терпеть его пытки! В его владениях точно один круг ада, иначе и быть не может.
Я кусаю губы, пытаясь сдержать надвигающийся экстаз, а Кирилла это злит. Он перемещает руку с шеи на грудь, сминает её до боли и оттягивает вперёд, сжимая сосок между пальцев. Я извиваюсь в его руках, пытаясь выбраться, но выходит всё иначе, и я оказываюсь прижата к его сильному телу. Его горячая кожа оставляла невидимые ожоги на мне, выпаривая из меня любые мысли, стирая прошлое, настоящее, будущее, меня саму стирая в порошок и парализуя надвигающимся цунами… пустоты.
Я распахиваю глаза, с гневом смотря на Дьявола в отражении. Он победно улыбается с некой животной хитринкой, обхватывает рукой за талию, а потом несильно толкает между лопаток, заставляя упереться руками о раковину и выставить перед ним свой голый зад. Господи. Я же помыться сюда пришла! В какой момент всё пошло не так? Я с недовольством уставилась на Кирилла сквозь штору собственных волос, которые упали мне на лицо, и сдула мешающие локоны.
– Блять, как ты красива, – читаю по его губам, пока взгляд блуждает по моему телу со спины.
Конечно. Приседания, отжимания, бег. Всё это тело было получено потом и кровью… Ну, потом точно. И теперь оно полностью в его власти. Мне остаётся только догадываться о его фантазиях и желаниях в данный момент. Его ладонь проходится по правой половине моей филешки и… со горячим шлепком опускается на кожу, вырывая из груди сдавленный стон. Боже. Что он делает? Это напугало меня и возбудило ещё сильнее, заставляя мышцы внутри произвольно сжаться. Это было так необычно. Необычно смотреть в его глаза, пока он поглаживает горящую кожу. Необычно чувствовать, как заставляет меня своими коленями расставить ноги по ширине плеч. Как надавливает на поясницу, заставляя в ней прогнуться. В голове набатом долбиться мысль – что дальше?
А дальше он ведёт обеими руками по бокам моего тела, сглатывая слюну, опускает ладони ниже и сжимает мой упругий зад, каким-то образом заставляя меня прогибаться ещё сильнее. Я стону от этих ласк, потому что мизинцы и безымянные пальцы плотно проходятся между складок, растирая влагу по коже. Я словно заворожённая смотрю, как этот солидный и внушающий страх и уважение мужчина вдруг облизывает эти самые пальцы и прикрывает от удовольствия веки. С ума сойти! Моё тело пробивает конвульсия, заставляя жалобно застонать от блеклого и непонятного оргазма, и… Кирилл, наконец-то, срывается с цепи. В один миг он наматывает мои волосы себе на кулак и резко входит в меня, вырывая из уст выкрик удивительного кайфа.
– Ох, блять!
Его глаза увеличиваются в размере, а я закрываю себе рот ладошкой. Неожиданно как-то. Я сама не до конца уверена как это вышло, но Кирилл смеётся, проводя языком по зубам, медленно выходит, заставляя прочувствовать каждую вену на его толстом члене, и снова резко входит. Его движения набирают обороты, с каждым толчком вырывая из меня стоны, которые я заглушала, кусая губы. Он вбивается в меня с остервенением, заставляя тело напрягаться натянутой струной, смотрит мне в глаза до самой глубины души, а потом я читаю его слова:
– Кричи для меня, Мышонок. Кричи.
И я, выпуская губы из захвата, отдаюсь ему полностью. Только с ним я становлюсь до предела порочной и грязной. Только с ним могу позволить себе раскрепоститься и стать абсолютно другим человеком. Я отталкивалась от столешницы умывальника одной рукой и упиралась в зеркало другой, пытаясь сдержать его бешеный напор. Кирилл крепко держал меня за плечо, пытаясь удержать на месте, чтобы я не упала, но это только усиливало ощущения, а я хотела двигаться сама ему навстречу и обратно. Хотела сильнее. Быстрее. Глубже. Даже если это невозможно. Даже если это нереально. Потому что его так мало для меня. Мне всегда будет его мало.