Посмотрев на всё ещё ожидающих моего решения парней, я на мгновение увидел в них нас. Игнат вылитый Антон. Он и лицом и принципами походил на Захарова. А вот тот самый младший очень смахивает на Чёрного. Тот, что постарше… В нем я увидел себя. Тот же оценивающий ситуацию цепкий взгляд, то же спокойствие, хотя в пору в истерику впадать. Но эти пятеро… слаженный механизм… да, ещё не доработан до конца, но их уже не разъединить. Их так же, как и нас, объединяет общее горькое прошлое, чертовски поганый жизненный урок. Подумать только. Может быть, мы нашли себе замену? Никто из нас никогда не даст вариться в этом котле своим детям, а вот этих можно выдрессировать как надо.
Прикрыв глаза и сделав глубокий вдох, я досчитал до десяти и дал понять своим людям, чтобы увели этих идиотов. Слишком много во мне сейчас эмоций, слишком горяча та ненависть в груди. Она жгла мне нутро, раскалённым железом. Казалось, ещё немного, ещё один вздох, и я нарушу приказ Пса.
Простояв какое-то время, пытаясь взять себя в руки, решил позвонить в штаб и доложить о случившемся, но увидел номер на дисплее. Мышонок. Собирался набрать, но тут она снова звонит. «Принять вызов», и по всему телу растекается удивительное спокойствие при первом же звуке её голоса. Словно отрезвляющий раствор или незримый рычаг был задет, что в одно мгновение я уже иной человек.
— Да, Мышонок?
— О Господи! — воскликнула она, удивляя меня своей реакцией. Сколько же я звонков пропустил? — С тобой всё в порядке? Ты так долго не отвечал, я волноваться начала, прости, что трезвоню, наверное, не вовремя…
— Тише, малыш, — остановил её поток слов. — Всё хорошо. Я рад тебя слышать. Как ты себя чувствуешь?
Для меня было важно знать её состояние, хоть Илья и сам мне скажет, но разговор с ней помогал мне прийти в норму.
— Отлично. По тебе только скучаю.
Последнее сказала так неуверенно, будто не была уверена в правильности своих действий. Уверив, что скоро буду у неё, скинул, потому что подошёл командующий моим отрядом и доложил, что все готовы к отправке. Выходя к машинам, позвонил в главный офис и сообщил, что везу туда горе-похитителей, а у самого в голове крутилась мысль, правильно ли я поступил, дав столько почвы для размышлений Михаиле? Что, если она сделает выбор не в мою пользу? Что, если посчитает, что не готова к той жизни, что ждёт её со мной? Что мне тогда делать? Отпустить её? А смогу ли я? Для меня было всё просто в работе. Вот преступники, вот враги, нужно наказать, а в любовных делах я полный профан. Именно поэтому я боялся сделать неверный шаг, жест, сказать что-то не то. Михаила. Я, ведь, чувствую – это моя женщина, она то, что я искал в каждой… все эти одиннадцать лет.
Чёрт. Я не должен был отпускать её тогда. Должен был забрать от родителей и исправить сам свою ошибку, но она была так молода, так чиста. Запала мне в душу своим «спасибо», которое звучало долгие годы в моей голове. Именно с этим «спасибо» я сравнивал все остальные. Именно с её глазами я сравнивал другие глаза. И именно с её объятиями благодарности я сравнивал все остальные. Я сравнивал с ней. Неосознанно, но делал это. А теперь она моя. Та, с которой уже никто не сравнится. И что я вижу в её взгляде, когда бросив всё, приехал в чёртову клинику Ильи? Страх. Я видел в её взгляде страх.
Неужели я всё-таки ошибся?
— Мышонок?
_________
Накрылся ноут((( Сейчас работаю с телефона и это ооочень неудобно. Как видите, очень много ошибок, которые исправлять довольно сложно - глаз замыливается, когда читаю одно и то же несколько раз, и в упор не вижу косяков. Не знаю, когда починю комп, и главы будут выходить намного дольше, чем хотелось бы, чтобы иметь время сделать текст хотя бы читабельным. Не серчайте)
С уважением и любовью, автор А. К.
Глава 24. Михаила
Я быстро сделала шаг назад, взглянув за его плечо. Время уже ближе к ночи, но в коридоре есть несколько человек. Да, они в обычной повседневной одежде, а не в чёрных похоронных костюмах, но в одиннадцать вечера посетителей не пускают в больницы. Значит, охрана всё-таки была.