— Ты божественна, — прошептал он, а я улыбнулась, как полная идиотка.
Он снял футболку, откидывая её назад, и словно тигр на охоте двинулся ко мне. Я как заворожённая следила за каждым его движением. Как мышцы перекатывались под бронзовой кожей. Как загипнотизированная смотрела ему в глаза, пока он не навис надо мной в сантиметре от моих губ.
— Я люблю тебя.
Слова сами сорвались, но они были чистейшей правдой. Я безумно его любила. Настолько, что уже казалось, я больна им.
Его взгляд блуждал по моему лицу, а пальцы одной руки пробирались вверх по бедру, но он о чём-то задумался, о чём-то, что заставило его напрячься.
— Если скажу эти слова, — начал он медленно, будто боясь того, что говорит, — ты снова захочешь уйти?
От понимания, какая же я дрянь, чуть не взвыла. С чего я решила, что не знала и не знаю его? С чего я решила, что мои действия никак не скажутся на нём? Я настолько сильно ранила его, что сейчас больно было мне.
— Нет. Я больше никуда не уйду. И никогда.
Пальцы быстро перебрались с талии на шею и слегка сжали её.
— Нет, Михаила. Это я тебя больше никуда не отпущу.
Губы грубо накрыли мои, подчиняя себе не только меня, но и мою волю. Его руки путешествовали по мне, будто наслаждаясь каждым изгибом, заставляя меня тянуться к нему и прижиматься плотнее. Я провела ладонями по животу... Кубики. Но его задница всё равно нравится мне больше.
Кирилл потянулся к груди, большим пальцем обвёл ореол, надавил на сосок и наклонился к нему ртом. Я прикрыла глаза, чувствуя несравнимое удовольствие от его игры, пока сама пыталась обвить его пояс ногами, но быстро бросила эту затею, потому что второй рукой он добрался до клитора.
— Какая же ты мокренькая, Мышонок.
Его хриплый шёпот у слухового аппарата так сильно резанул мне нутро, что я даже задрожала всем телом. Его губы спускались ниже и ниже, пока оставшееся нижнее белье полетело к сарафану. Горячий язык проник между складочек, заставляя меня раздвинуть ноги шире и простонать, закусывая губы. Я вцепилась в его волосы, содрогаясь от каждого прикосновения к возбужденной горошине. Ещё немного… ещё чуть-чуть… Но он вдруг поднялся ко мне, входя во всю длину. Из меня вырвался приглушенный вскрик истинного удовольствия, но краем сознания я всё ещё цеплялась за мысль, что хотела что-то сделать. Что-то важное для него, что-то нужное… танлибы… ЦНС… точно!
Пытаясь двигаться в такт с ним, завела ладони ему за спину и, надеясь, что поступаю правильно, вонзила ногти. Кирилл задрожал, простонав мне в плечо, и слегка прикусил кожу.
— Да, малышка. Всё правильно.
Его движения стали резче, грубее, нетерпеливее, но от этого было только лучше. Он вбивался в меня, словно молот Тора, доводя до беспамятства, до безумия. Как же я соскучилась по нему! Как же я соскучилась по сексу с ним! Капли пота ползли по нашим телам, в комнатке было нечем дышать, но нам было всё равно. Мы наслаждались друг другом. Упивались моментом. Утоляли голод, который не затих, даже когда меня накрыло мощным экстазом. По всему телу разлилась лёгкость, будто в груди лопнул очень тяжёлый шарик, а разум разлетелся на множество осколков, лишая возможности мыслить.
Реальность возвращалась урывками, которые я пыталась от себя отогнать. Сейчас, рядом с ним, чувствуя его в себе, мне было так хорошо, что до безумия не хотелось прерывать этого момента. А Кирилл всё целовал и целовал меня. Щёки, шея, подбородок, плечи. Тяжёло дыша, он шептал что-то, но смысл слов не сразу начал доходить до размоченного мозга.
— Моя малышка, моя девочка. Я так горжусь тобой. Твоей силой духа. Ты удивительная, Мышонок. Невероятная.
Слёзы сами потекли по щекам. Я прижалась к его губам своими и взяла в ладони лицо.
— Я так люблю тебя, Кирилл! Так сильно люблю! Прости меня! Я не хочу быть вдали от тебя. Не могу так!
Он перекатился с меня и лёг рядом, крепко обнимая. Пальцы перебирали мне волосы, а я всё не могла остановиться – плакала и плакала, сама не понимая почему. Только твердила, что очень сильно сожалею о своём решении, просила меня простить, начать всё с начала, а он лишь гладил по спине и утешал, пока я, наконец, не провалилась в забытье.
Глава 28.2 Кирилл
— Ничего не нашёл! Абсолютно! — возмущался Илья, меряя шагами пространство перед подъёмом на борт. — Среди них не было даже тех, что показали свои рожи на видео. Ни контактов, ни документов, ни денег. Они будто знали, что идут на верную смерть.