Я присела на корточки, наблюдая за стражем и осматривая заодно окружающую территорию. Ничего интересного на первый взгляд не было.
- Вас на два дня оставить нельзя, - за спиной раздался голос, который я узнала бы из тысячи.
Резко поднялась, развернулась и застыла на месте. Доктор Александр Варант был при параде. Элегантный костюм, белоснежная рубашка, галстук, светлые волосы зачесаны назад и сплетены в какую-то сложную прическу. А еще он улыбался, словно мартовский кот, довольно так, лениво растягивая губы.
Я с замиранием сердца следила за тем, как он приближается, неспешно, вольготно, наслаждаясь произведенным эффектом. В лучах послеобеденного солнца он казался мне ненастоящим. Кажется, я даже на минуту забыла, как надо дышать.
- Меня не было чуть больше суток, а у вас уже два трупа, - снова произнес Александр Варант, останавливаясь рядом со мной. Близко. Очень близко. Непозволительно просто.
- Я думал, ты на совете, - произнес Ройс, и я только тогда пришла в себя, тряхнула волосами, отгоняя наваждение, и отвернулась от Александра. – Где Камилла?
- Совет обойдется без меня, - холодно ответил другу судмедэксперт восьмого участка. – А у Камиллы сегодня вечером личные дела.
- Тогда иди сюда. Посмотришь на нашего пловца, - ответил ему Ройс, а я стала свидетелем поистине удивительной картины.
Доктор Варант стал раздеваться. Он неторопливо развязал и снял галстук, засунул его в карман пиджака, потом начал расстегивать пуговицы на этом самом пиджаке. Стоит ли говорить, что я следила за каждым движением длинных пальцев, боясь дышать, и в очередной раз понимала, что схожу с ума. Да, точно. Как иначе объяснить тот факт, что Александр Варант привлекает меня? Я же совсем его не знаю. Не представляю даже, что он за человек, чем живет, о чем мечтает, к чему стремится?
Мы с ним виделись от силы пару раз, но это не изменяет того, что я не могу отвести взгляда от длинных пальцев, неспешно расстегивающих пуговицы на пиджаке, что с замиранием сердца слежу за тем, как он поводит плечами, сбрасывая мешающий ему предмет гардероба, что не дышу, когда вижу его глаза. Серые, напоминающие пасмурное осеннее небо, слегка скошенные к вискам, с ироничными искорками.
Мои мысли были прерваны тяжелым вздохом:
- Держи! – он сунул мне в руки свой пиджак. И стал закатывать рукава рубашки. Наклонился, достал из полевого набора перчатки. – Не урони, - это было последнее, что он сказал прежде, чем приблизиться к кромке воды.
- Что? – вопросительно спросил у Ройса, который с ехидной усмешкой наблюдал за раздеванием. – Не хочу испортить костюм.
- Позер! – хохотнул страж и отошел немного в сторону, предоставляя судмедэксперту восьмого участка правопорядка заняться непосредственно своими обязанностями.
А я зарылась носом в его пиджак и снова выпала из реальности на мгновение. Этот запах. Я заметила еще тогда, в морге, но решила, будто это парфюм. Теперь же, была в этом не так уверена. Легкий, почти неуловимый запах солнца и ветра, и свободы, он обволакивал меня, обострял чувства, рождал в воображении ощущения полета. Теперь мне уже не казалось бредовой та сценка из видения.
Не знаю, каким усилием воли мне удалось сдержать стон. Я стояла всего в нескольких шагах от объекта своих не совсем приличных фантазий и с наслаждением обнюхивала его пиджак, прикрыв глаза от удовольствия, и только что не мурлыкала. Даже слегка настороженный взгляд Ройса не привел меня в себя. Я попросту не обратила на него никакого внимания.
Никогда не думала, что способна на нечто подобное. Мне всегда казалось, что вот такие вспышки желания, какой-то одержимости мне совершенно не свойственны. Так и было. До того, как я пришла на стажировку в восьмой участок. До того, как узнала о существовании сверхъестественного мира. До того, как познакомилась с доктором Александром Варантом.
Сквозь туман, застилающий мысли пробилась одна: со мной что-то сделали. И эта мысль подействовала на меня словно удар по щеке. Нет, я не протрезвела окончательно, и наваждение не спало. Он просто стало не таким навязчивым, и я постепенно возвращала себе невозмутимость и здравомыслие.