Ройс говорил о метке, о том, что по законам сверхъестественного общества и в его глазах я теперь «принадлежу» Варанту. Что на самом деле означает эта принадлежность? Ройс утверждал, что это всего лишь формальность, не более того. Что это все ничего не значит и никак не повлияет на меня, а что если он был не прав или не до конца честен со мной? Что если эта метка уже действует? Что если все те чувства, что я испытываю при одном взгляде на долговязую фигуру наследника Кантемиресов, вызваны именно моей «принадлежностью»?
- Ты куда собрался? – голос Александра выдернул меня из собственных мыслей и заставил заинтересоваться происходящим. Варрант стоял у самой кромки воды и возмущенно смотрел на Ройса – А помочь? Его же оттуда вытащить надо!
- Нет, это не ко мне, - страж поднял вверх обе руки. Показывая, что не намерен пачкаться о тело утопленника. - Ты у нас судмедэксперт, ты и вытаскивай, - еще и отошел для верности.
- Все сам, все сам. Никакой дисциплины, - пробормотал доктор Варант себе под нос, и ловко подхватив утопленника за руки, вытащил его на сухой берег.
Причем, во время этой операции, он даже туфли не испачкал, но критически их осмотрел и, презрительно скривившись, снова притворно вздохнул.
И только после этого, перевернул тело на спину. Я сделала несколько осторожных шагов, приближаясь к мужчинам. Не то чтобы мне уж слишком хотелось посмотреть на утопленника, хоть я еще ни разу с ними не сталкивалась, но по описаниям в учебнике и фотографиям, немного представляла, что конкретно меня ожидает.
Оказалось, что я плохо себе это представляла. Лицо мужчины, выловленного из реки, было изъедено какими-то водными обитателями и представляло собой, то еще зрелище, и это учитывая, что остальное тело было практически не тронуто.
Я почувствовала, как к горлу медленно, но верно подступает тошнота. Вид открывался тот еще. Мерзость. Я непроизвольно шумно втянула в себя воздух и поднесла руку к губам. Доктор Варант оглянулся на меня, поджал губы и медленно поднялся. Не спуская с меня внимательного взгляда, стянул с одной руки перчатку, потом достал из кармана брюк ключи и протянул мне.
- Лиза, детка, - как-то слишком ласково начал он, - я, кажется, оставил в машине телефон. Не принесешь мне его?
Мой взгляд медленно, очень медленно, прошелся по длинному телу судмедэксперта и зацепился на задний карман его брюк, из которого так неосторожно выглядывал, «оставленный в машине», телефон.
- Эй! Куда это ты смотришь?! – и столько возмущения в голосе, как будто я его тут раздеваю.
- На забытый телефон, - ответила максимально честно, старательно отводя взгляд от того места, где лежало тело, выловленное из реки.
- Ну, тогда я забыл запереть машину. Сходи, проверь, - теперь в его голосе уже не было прежних просительных ноток. Он почти приказывал.
- Не думаю, что это на самом деле так, - я улыбнулась судмедэксперту. Александр поджал губы и повернулся ко мне так, чтобы закрыть собой вид разложенного на траве трупа.
- Лиза, тебе и правда, не стоит на это смотреть, - вмешался Ройс, который сам в это время внимательно разглядывал, распластанное на прибрежной траве тело.
И от этого мне стало еще хуже. Они со мной, как с маленькой обращаются. И Ройс, который еще недавно едва в любви не признавался и этот судмедэксперт, который только смущает меня видом своего мускулистого тела и потрясающим запахом. А ведь я страж, и мне по службе положено такие вещи нормально воспринимать. Этого никто из них в расчет не берет.
- Утопленники выглядят не лучшим образом, - снова произнес Александр Варант. – А ты и так уже почти сравнялась цветом лица с моим пациентом. Подожди в сторонке…
- Пока взрослые дяди все сами сделают? - закончила я за него и с удовольствием пронаблюдала, как тонкие губы Александра Варанта скривились. – Я уже большая девочка. Справлюсь. Вы лучше причину смерти, хоть предварительно, скажите, а то нам еще выяснять, кто это такой и где его в реку сбросили. А у меня тоже на вечер планы.
И вот зачем я ему про планы на вечер-то сказала? Понятия не имею, но с удовольствием понаблюдала за тем, как судмедэксперт восьмого участка тяжело вздохнул, достал из полевого набора вторую пару перчаток. Методично натянул их и присел на корточки возле трупа. Ройс в это время едва сдерживался, чтобы не засмеяться. И прятал глаза от недовольного взгляда друга. Ну, вот как дети малые, честное слово. Такое впечатление складывается, что они сейчас в песочнице машинки перебирают, а не серьезным делом занимаются. Или это я настолько правильная и скучная, что не вижу вот совершенно ничего юмористического в сложившейся ситуации?