Если исходить из этой версии, то Ярына убили, как свидетеля: то ли потом одумались, то ли он знал больше, чем рассказал сразу стражам (что и так понятно) и, допустим, начал задавать вопросы или, к примеру, шантажировать того, кто это все провернул. Но это только мои догадки, им пока верить не стоит, но как версия, сойдет. Могли, конечно, администратора убить по другой причине. В целях ограбления, например. Хотя, что там у него брать?
Я вспомнила квартиру покойного и внутренне содрогнулась. Жил он, мягко сказать, не слишком богато, но у него могли быть какие-то неучтенные доходы или еще что? По большому счету, могли. Значит, и эту версию не стоит отметать.
И потом, доктор Варант сказал, что его убил вампир, значит, в свете того, что мне вообще известно о вампирах, Ярын мог стать и вполне себе случайной жертвой или… как это ни ужасно звучит, кормом для вампира.
Меня снова передернуло. Нет, так я никогда не разберусь во всем этом. Но, как нас там учили в академии: в любом преступлении ищите мотив. Ну и что, что я не знакома со всей этой сверхъестественной чепухой, зато я знаю процедуру, и меня учили раскрывать преступления. Я даже углубленный курс по психологии преступников прошла, хотя в учебной программе был указан общий.
Значит, ищем мотив. Кому, зачем, для чего понадобилось убивать Линду и что в итоге от того ритуала можно было получить тем, кто его собственно и провел.
Нацелив себе план действий (я, конечно, прекрасно понимала, что все эти мои умозаключения вилами по воде писаны, но так мне было намного спокойнее), принялась собираться на работу. Сегодня я была полна решимости выяснить, наконец, все у капитана, поговорить с тетей Джинал и добиться от Ройса краткого курса введения в мир сверхъестественного.
Но меня тут же поджидало первое разочарование за весь день. Разочарование предстало мне в виде записки прикрепленной магнитом к холодильнику. Тетя Джинал в весьма нелестных выражениях писала, что так и не смогла мне дозвониться (после прочтения этой фразы, я стала лихорадочно вспоминать, где же мой телефон, и даже выругалась снова, сообразив, что и телефон, и ключи от дома и машины, и, собственно, само транспортное средство осталось в распоряжении Ройса) и связалась с моим непосредственным начальником (вот после этого у меня глаза просто на лоб полезли. Это что же? Моя тетя сама капитану позвонила? Ой, что будет!?) и так и не добившись от него внятного ответа о месте моего нахождения, разругалась с ним в пух и прах и никакого стеснения по этому поводу не испытывает (надо будет поговорить с ней серьезно еще и на тему ее общения с моим начальником. Это же никуда не годится! Она что, до конца жизни будет меня контролировать и начальству моему звонить, чтобы узнать, где я задержалась?), но, тем не менее, тетя Джинал сообщила, что она уезжает на две недели в командировку, на какай-то там очень важный семинар. Но по ее приезду меня ждет очень важный и серьезный разговор, и она просит меня никуда не встревать, хорошо питаться и позвонить ей сразу же, как я увижу это послание.
Тяжело вздохнув, я отправилась искать телефон, чтобы выполнить ее распоряжение.
Разговора почти не получилось, тетя Джинал была на каком-то важном мероприятии, потому, злобно шипя мне в трубку, осведомила, что она еще поговорит со мной на тему того, как надо относиться к старшим родственникам, которые обо мне переживают и ночей не спят, собственно, переживая. И отключилась.
Я тяжело вздохнула, предвкушая весьма неприятный разговор и малодушно порадовалась тому, что этот разговор состоится по телефону, а когда через две недели, тетя Джинал вернется, то уже остынет и не будет давить мне на жалость и совестить по поводу того, что я ее ни в грош не ставлю. Нет, такое ее поведение не являлось нормой, но я прекрасно знала все, что обычно в таких случаях вещает моя горячо любимая родственница, а потому особо и не переживала по этому поводу, давно уже научилась не слушать, и лишь в определенные моменты кивать, соглашаться и покорно говорить, что больше такого никогда и ни за что не произойдет.
А потому и сейчас, нечего раздумывать и печалиться по поводу предстоящей головомойки. Я снова вернулась в кухню, включила кофеварку и засунула любопытный нос в холодильник – есть хотелось зверски, а готовить себе завтрак не хотелось совершенно, поэтому, я быстренько соорудила бутерброд просто гигантских размеров, подумала и соорудила второй. Ну и что, что это вредно для желудка и для фигуры – из-за одного раза ничего не будет.