Выбрать главу

- Мне тяжело поверить, что этот мальчик-одуванчик на самом деле сильный и опасный. Мне он всегда представлялся этаким маменькиным сынком, который всего боится и стесняется, - пробубнила я.

- Внешность обманчива,  - философски заметил Ройс.

- Хорошо. А дальше что? Если Линду убили при проведении ритуала,  - ну не могла я вслух произнести слово «магия». – Подожди, а это нормально, что в обычной семье родился маг? – спросила я.

- Магом Линда была, только очень слабым, скорее всего она - полукровка. Подозреваю, что она и сама не знала о своем даре. И это не нормально. Вполне возможно, что у нее в роду все-таки затесались маги, но возможно, информация об этом утеряна. Вот никто и не знает о том, что дар и сила сохранились.

- Хорошо, допустим. А эта ваша сила она только по наследству передается? – не удержалась я от вопроса. Мне было интересно все, что связано со всем этим сверхъестественным миром.

- Да. Причем, если оба родителя принадлежат к разным родам, то ребенок унаследует только один дар. А вот если один из родителей будет обычным человеком, то возможны варианты. Ребенок или унаследует дар или родится обычным человеком, - пустился в пояснения Ройс.

Он рассказывал мне об этом так естественно, как будто о погоде говорил, или лекцию по криминалистике читал, смотрел на дорогу и говорил. Мне стало жутковато от всего этого. Это же и я теперь не совсем нормальная. Но, вернемся к Линде, не хочу пока про это все думать, голова заболит.

- Значит, кто-то разыскал слабого мага-полукровку, и провел над ней ритуал.  И из этого следует… - я не успела договорить, Ройс меня перебил.

- А из этого следует, что кто-то разыскивает молодых слабых магов-полукровок и убивает их. А вот что это за ритуал нам сегодня расскажет Винс, - подвел итог страж.

- А каким боком сюда вписывается Брокен? Он что забыл в этом мотеле и почему был весь в крови Линды и с ножом?

- Брокен был под очень сильным внушением. Ему просто стерли память и поставили сильный блок. Когда он пытается вспомнить, что было в тот день, у него начинаются жуткие головные боли. Все списали это на наркотики, но…

- Но в отчете доктора Варанта не было, ни слова о том, что в крови Линды или Брокена присутствовали запрещенные вещества! И как вы собирались все это провернуть? – удивилась я.

- У Алекса большие связи, он сам со всем этим разбирается. Но в любом случае, никто и не думал серьезно обвинять Брокена в убийстве, - поспешил заверить меня страж, заметив, что я нахмурилась при его последних словах, - но пока ему лучше сидеть под присмотром. И как показали последние события, это ему же на пользу.

- Я думала над убийством администратора, - произнесла немного нерешительно, но потом тряхнула волосами и выложила все, до чего додумалась сегодня утром. Ройс кивал, соглашаясь ровно до того момента, как я стала говорить, про вампиров. Он ошеломленно глянул на меня и вдруг засмеялся, заливисто так, даже можно было бы предположить, что заразительно, если бы я поняла, что его так рассмешило?

- Что не так? – попыталась уточнить я, но мне не ответили, Ройс все еще смеялся.

И как при этом он умудрился еще и вести машину, я не понимала. Но, к счастью виновниками аварии мы не стали.

Пока страж заходился от хохота, я недоумевала, что из моих слов могло вызвать подобный приступ веселья. Прокручивала в голове все свои умозаключения и не могла найти в них ничего смешного, если конечно не считать, что большая часть всего этого была построена на существовании вампиров, магов. Ведьм и… о чем там еще я не знаю?

- Ты где всю эту чушь взяла? – отсмеявшись, наконец, произнес страж, - Ой, не могу, насмешила, так насмешила, - и он демонстративно одной рукой утер слезы, выступившие на глазах от смеха.

- Какую чушь? – я действительно не понимала, почему мои, в принципе,  вполне логичные выводы вызвали у стража такое веселье.

- Про вампиров.                            

- И что с ними не так? Доктор Варант вчера же сказал, что Ярын обескровлен, и я у него на шее заметила следы от…

Ройс снова засмеялся и поднял руку, призывая меня к молчанию. Я насупилась. Ну вот, опять. Сам веселится, и потешается надо мной, а я так и сижу тут, не понимая, что сказала не так.