А Берт все это время продолжал думать о прекрасном манящем теле девчонки.
— Мы и сами могли бы ее трахнуть, — неожиданно заявил Эл, после того как машина с молодыми людьми уехала.
Берт задумчиво почесал щеку и молча завел мотор патрульного «форда».
— Я тебе говорю, — не унимался Эл, — мы запросто могли бы сейчас урвать и свой кусок лакомства. И ей, кстати, это тоже нисколько бы не повредило!.. Если бы, разумеется, мы не были такими дубоголовыми и честными полицейскими.
— Я думаю, ее приятель вряд ли стоял бы тихо в сторонке, дожидаясь своей очереди. — Берт начинал раздражаться.
— Думаешь, нет? А ему-то что? Это не его задницы дело! Что-то не очень они похожи на влюбленных голубков. Тебе так не показалось?
— Послушай, хватит об этом, договорились?
— Ладно, — сплюнул Эл. — Просто я уверен, что у нас только что сорвалась неплохая разминка для наших старых костей.
— Да, девица была — что надо! — тоскливо произнес Берт.
— Вот и я про то же, — согласился Эл. — Мне такие всегда нравились. А как вспомню свою жену… Ведь это то же самое, что трахать старую самодовольную корову, пока она жует свою гнилую солому.
Берту сразу представилась Гарриет… и Нэнси.
Глава 3
Скользя рукой по гладкому поручню из красного дерева, Синтия поднялась наверх к комнате матери, для порядка постучалась и зашла. Как всегда, мама сидела в своем любимом кресле-качалке.
— Приближается Пасха, — сказала Синтия. — Пора бы уже собираться и нашим гостям… Судя по открыткам, на этот раз прихожан будет не меньше двухсот — кое-кто приедет даже из Калифорнии.
В последнее время мама была не слишком разговорчива, но Синтия научилась уже «читать» ее мысли и прекрасно знала, что та сейчас очень довольна. Ведь на праздник при°дет так много народу!
— Льюк и Авраам уже украсили часовню, а Сайрус доделывает гробы. Тех, кто приедет пораньше, я пошлю за продуктами, а потом они помогут мне наготовить всего. Так что не волнуйся, тебе ни о чем не придется беспокоиться. Мы сами сделаем все, как ты нас учила.
Но все равно лицо матери почему-то показалось Синтии взволнованным и, чтобы успокоить ее, дочь добавила:
— Для ночных ритуалов будут три девушки. Льюк и Авраам уже поймали одну. А к Пасхе мы раздобудем и еще двух.
Эта новость явно обрадовала мать.
«Как было бы хорошо, если б и папа был сейчас с нами!» — чуть не вырвалось у Синтии, но она вовремя сдержалась, улыбнулась, а вслух произнесла:
— На службе будет много интересных людей. Синтия часто вспоминала отца, но мать не любила разговаривать о нем и ни разу даже не упомянула его имени с тех пор, как ровно десять лет назад он их бросил.
— Все идет точно по плану, — заверила Синтия. — Тебе не о чем волноваться.
Глава 4
Нэнси Джонсон в одних трусиках и прозрачном лифчике сидела на кровати со скрещенными ногами и болтала по телефону со своей подружкой Патти. Она только что приняла душ и теперь расчесывала волосы, а трубку держала, зажав ее между ухом и плечом, чтобы руки оставались свободными. Оглушительная музыка из приемника нисколько ей не мешала. Ей нравилось быть дома одной, когда можно вытворять все, что взбредет на ум. А вот если бы мать оказалась сейчас поблизости, она обязательно заставила бы ее либо выключить радио, либо перестать болтать по телефону, чтобы не испортить слух и не начать носить специальный аппарат для тугоухих уже в ранней юности.
Патти только что сообщила подруге, что мальчик, который ей давно уже нравится, наконец-то пригласил ее на завтрашний школьный бал.
— Да ну! Ой, Патти, я за тебя очень рада! А что я тебе говорила: рано или поздно он обязательно созреет. Я же видела, какие взгляды он на тебя бросает… Он, наверное, просто малость застенчив. Но я все равно уверена, что вас объявят королем и королевой этого бала.
— Да, но я-то совсем не такая скромница! — отпарировала Патти, которая, вероятно, считала застенчивость отрицательной чертой для людей своего возраста.
— Ну, уж это я знаю. Вот твоя эксцентричность и будет компенсировать его скромность. Ты меня понимаешь? Противоположности ведь всегда тянутся друг к Другу…