Зорий встал, держась за плечо, затем охотники побежали в направлении деревни, расплескивая гнилую воду болота. Темнота быстро скрыла их из виду.
Молчан спрятал пистолеты в кобуру. Апполония мелко дрожала, сидя на люке десантного отсека рядом с орудием. Пустые окружили машину и мыча тянули руки к живым.
- Надо было бежать дальше, - сплюнул Гуго, утирая лицо рубахой, и устало усаживаясь на броню.
В свете фонаря стража тускло блеснул жетон, который висел у бородача на шее. Гуго этого видеть не мог, но под забралом шлема, внимательные глаза Молчана успели увидеть эмблему, высеченную на металле.
- Нет. Апполонии нужна передышка, - покачал головой гвардеец, - к тому же, нам нужно было убежище на случай нападения червя-рыбы.
Наследница закуталась в свой плащ. Дрожь постепенно сходила на нет, но растрепанные светлые волосы, круги под глазами и поджатые губы в мягком красном свете визора, выдавали ее сильное нервное истощение.
Молчан ободряюще коснулся ее руки, легонько сжал. Апполония подняла глаза и слабо улыбнулась.
- Вы хорошо держитесь, - сказал он, - идти осталось совсем немного. Я осмотрю планетоход, а вы пока отдышитесь. И не бродите лишний раз – поскользнетесь на гильзах.
Гильзы были рассыпаны повсюду. Тяжелые, от патронов калибра 7,62х51 мм. Молчан отметил, что на многих из них был свежий осадок пороховой гари. Краем глаза контролируя действия Гуго, который решил, воспользовавшись паузой, закурить самокрутку, страж поставил ногу на поворотную платформу турели. Сделав вид, что завязывает шнурок, он внимательно рассмотрел ее.
Привод турели выглядел так, будто совсем недавно вращался – между корпусом планетохода и платформой отсутствовала грязь, а приближение шлема показало нанесенную смазку на зубья шестеренок платформы. Тот, кто обслуживал платформу, делал это весьма неаккуратно – вокруг было несколько масляных пятен. Растерев масло пальцем, Молчан понял, что оно разлито совсем недавно.
В памяти услужливо всплыло, как он укрывал своим телом кричащую и трясущуюся Апполонию в грохоте терпящего крушение роскошного транспортного шаттла, помнил высекаемые крупнокалиберными пулями искры, помнил, как сквозь тупую сосредоточенность крепко обнимал наследную императрицу, приготовившись закрыть ее своим телом от дорожки попаданий, весело бегущую все ближе. Знал, что это мало поможет – пуля запросто пробьет его насквозь, как обшивку, но не мог иначе. Помнил удар, грохот и как вытаскивал потерявшую сознание Апполонию подальше от горящего шаттла. Рассеченный осколками фужеров и дорогой фурнитуры лоб до сих пор саднил под шлемом.
Сам пулемет смотрел в сторону, откуда они пришли. Туда же, где находился разбившийся на краю бездны императорский шаттл.
- Что такое, страж? - Гуго выпрямился и как бы невзначай положил палец на скобу спускового крючка, - что-то нашел?
- Как сказать, - ответил Молчан поворачиваясь к нему, - скорее вы нас нашли.
- Ты это о чем? - не понял бородач.
- Жетон у тебя интересный, - холодно сказал Молчан, постукивая пальцами по разгрузке с висящими рядом «береттами», - позволишь взглянуть?
- А, этот? – Гуго опустил глаза, и вытащил из-под рубахи цепочку, - память о кампании на Ближнем востоке…
Он снял жетон с шеи и протянул его Молчану. Передавая жетон, он не видел выскользнувшей из кобуры «беретты».
В следующий миг Гуго уже мешком валился на броню планетохода, истошно вопя. Вполне нормальная реакция для человека, которому размозжили коленную чашечку попаданием девятимиллиметровой пули. Он катался сбоку на бок, держась за рану, лицо его исказилось страданием.
Молчан подошел и пинком сбросил старое охотничье ружье, выпавшее из ослабевших рук врага. Затем грубо стащил с его спины пулемет и выбросил следом. Беглый осмотр карманов не выявил другого оружия. Он приставил ствол глушителя к шее Гуго.
- Тихо, - вкрадчиво произнес страж, - привлечешь червя-рыбу. Придется потерпеть, но недолго, не волнуйся.
- Молчан, да что ты творишь! – всплеснула руками непонимающая Апполония, - зачем ты его ранил?! Что происходит?
- Жетон! – процедил Молчан, - выдал его с потрохами! Кто угодно мог не признать в нем символику 331-ой Специальной механизированной дивизии, но не я, нет. Слишком долго я бегал за вами по пустыням Аравийского полуострова, чтобы забыть этот символ!