- Хотел спросить, - тихо проговорил Рурк, водя стволом пистолета вдоль темнеющих по соседству окон лаборатории, - мы были рядом с Каноном. Почему никто из нас не стал одержимым?
Шредер, последние минуты устало перебирающий ногами, оживился:
- Это очень интересно, - горячо зашептал ученый, - видел когда-нибудь солнечные часы? Так вот, область излучения Канона напоминает циферблат таких часов. Освещенная часть диска – область поражения Каноном. А тень от «стрелки», гномона, это область, которая не подвержена излучению.
- Выходит, мы случайно оказались вне зоны поражения? – спросил Рурк, - и мозги наши остались невредимы по воле случайности?
Идущий сбоку Оливер покивал:
- Да, но подобное характерно только для дереализации ударного типа, которая проявляется после реакции от Канона или в первые секунды после падения Стержней. Фоновое же излучение нарастает постепенно в круговом радиусе. Дереализация, кстати, продолжает расти, но пока нам обеспечен лишь месяц ночных кошмаров.
- Если Канон – это гномон, «стрелка» часов, - задумчиво спросил Рурк, - что же тогда является Солнцем? Что образует тень на циферблате?
- Соображаешь, Рурк, - одобрительно сказал Шредер, - но ответа на вопрос мы и сами пока не знаем. Возможно, Канон – лишь верхушка айсберга. Эту загадку лишь предстоит разгадать.
- В случае со Стержнями, Солнцем выступает Канон, - добавил Оливер, - в общем, остается только благодарить судьбу, что оказались вне поля ударного излучения. Кстати, мы почти на месте.
Медицинский отсек, снабженный собственным источником энергии, разгонял полумрак ярким светом за бронированным овальными окнами.
До входа в медотсек оставалось каких-то двадцать шагов, когда идущий первым Рурк буквально нос к носу столкнулся с человеком, вышедшим из перпендикулярного коридора, ведущего к атриуму.
Несмотря на полумрак, Рурку хватило долей секунды, чтобы опознать противника. Солдат в сером защитном комбинезоне и легком бронежилете, без опознавательных знаков, никак не походил на бойца подразделений Корпуса. Позади солдата двигалось двое его товарищей.
Противник вскинул штурмовую винтовку, но Рурк оказался быстрее. Мощный удар левого кулака под дых и тело мешком стало оседать на холодный металл базы. Враг еще падал на землю, когда пистолет Рурка изрыгнул яркое пламя, отразившееся в черных окулярах шлема бойца.
Ученые рванули в сторону медицинского отсека. Отпихнув мервое тело от себя, Рурк прыгнул за угол, стискивая пистолет. Ему удалось быстро убить противника, но эффект неожиданности был потерян. Товарищи поверженного врага открыли огонь короткими очередями, не позволяя командиру высунуться для ответной атаки. Короткая очередь, мазнувшая в сторону бегущих аспирантов, прошла мимо, но это, видимо, была последняя хорошая новость.
Рурк сорвал чеку и быстро метнул за угол осколочную гранату. Послышался предупреждающий крик, грохот взрыва, но выстрелы продолжали высекать бетонную крошку рядом с его позицией. Судя по всему, у этих бойцов был портативный кинетический щит, а значит, его граната не нанесла никакого ущерба. Более того, и его пистолет не сможет его пробить.
Но у и такого щита были свои недостатки. Он обеспечивал защиту области в 270 градусов, оставляя позади уязвимое место. Платформа, которая поддерживала щит, была довольно тяжелой, и быстро поворачивать ее было затруднительно.
Будь у Рурка еще одна граната, он бы попытался бросить ее за спины врагам. Но гранаты не было, поэтому командир лихорадочно раздумывал над планом «Б».
С одной стороны, ученым ничего не угрожает. Стреляли в них, наверняка, случайно, в горячке боя. Если враги одержат верх, то их просто заберут с собой – специалисты по Паранауке и Канону являются ценнейшими источниками знаний.
Но захват Канона и ценнейших специалистов по его изучению в лице Шредера и Оливера будет означать тяжелейшее поражение, нанесенное Империи, от которого она вряд ли сможет оправиться.
Командир ясно слышал, что бой в районе атриума все еще идет. Отколовшаяся группа противников была либо разведотрядом, либо искала возможность зайти с фланга силам обороны. Пара комбатантов, которые сейчас усиленно прижимали Рурка к его укрытию, медленно приближаясь, закрывали ему дорогу к союзным силам.