Именно поэтому Молчан очень удивился, рассматривая год на часах погибшего – 2341. Он несколько раз попытался включить и выключить их, полагая, что это программный сбой, но циферблат всегда упрямо показывал один и тот же год.
Понимая, что имперский шаттл сбили всего несколько часов назад, в 2055 году, лихорадочно соображающий мозг гвардейца пришел только к одному из возможных выводов.
Незнакомцы пришли из будущего. Но временной парадокс Канона невозможен ни в одном из миров, соображал Молчан. Ученые в Столице со сверкающими глазами рассказывали о том, что, даже теоретическое вмешательство в ход времени вызовет в Каноне сбой такой силы, что обитаемые миры замолкнут навеки.
- Ни в одном из миров, - пробормотал он, вскидывая голову и внимательно осматриваясь. Вокруг по-прежнему было ни души.
- Но возможен ли временной парадокс в междумирье? – задумчиво спросил он скалящийся в лишенное звезд небо череп. Тот, естественно, хранил молчание. В тлеющих в глазницах осколках луанита временами пробегали искры.
Молчан не был ученым и знал основы паранауки лишь поверхностно, ровно настолько, насколько было необходимо для выполнения боевых задач. Страж знал, вся Вселенная обитаемых миров напоминала собой шахматную доску, где эти миры представляли собой белые клетки, а зоны смещения, иными словами, междумирья, являли собой черные клетки бесконечного мрака. Они представлялись ему этакими кладовыми незримового художника, пыльными чуланами, в которых хранились "отходы производства" - вскрытые баночки с красками, старые покосившиеся мольберты, потрескавшиеся от времени палитры. Применительно к пространству Вселенной, междумирья были неизвестной территорией, попадание на которую сулило невероятный риск. Множество храбрых исследователей и умелых воинов пропало в этих складках пространства, так и не сумев найти выход к обитаемому миру. И не только их - в поврежденном пространстве Земли регулярно открывались аномалии, ведущие в подобные места. Жертвы среди гражданского населения исчисляются тысячами в год. Те экспедиции, кому посчастливилось вернуться домой, приносили на Землю свидетельства того, что и иномирцы страдали от искажений пространства - в складках миров иногда находили артефакты неизвестных цивилизаций, такие как оружие, одежда и предметы быта.
В междумирьях могли обитать самые разнообразные существа, доселе не встреченные нигде. Но могло быть куда хуже - очередная зона смещения вполне могла вывести неудачливых путешественников или случайных жертв на поверхность непригодной для жизни планеты на другом конце Галактики.
Вот только на обычной шахматной доске клетки расположены в строго определенном порядке, междумирья же появлялись случайным образом. Такие аномальные зоны, как правило, представляли собой карман, из которого всегда существовал выход - вот только иной раз он мог располагаться высоко в небе или глубоко под землей. Для того, чтобы этот выход найти, и предназначалась пространственная астролябия.
- Возможно, - хрипнул Молчан, поднимаясь на ноги, и начиная прохаживаться по поляне, - в смещениях пространства действие Канона ослабляется. Ведь я прямо сейчас наблюдаю временной парадокс! Подумать только, я прикончил врагов, которым суждено родиться только лет через триста. Но они уже мертвы. Как такое возможно?
Страж обошел поляну и присел рядом с безмятежно спящей подопечной. Он чуть не засмеялся, представляя ее расширившиеся от удивления яркие зеленые глаза, когда он расскажет ей о произошедшем. И как смешно она расстроится, что проспала такую невероятную диковинку, как гости из будущего.
Молчан выпрямился, активировал шлем и записал все обстановку вокруг на камеру, не забыв заснять крупным планом циферблат часов.
- Я не ученый, - выдохнул он, пряча часы в карман разгрузки и снова взваливая спутницу на плечо, - но, полагаю, что несчастные умудрились провалиться в особенно глубокую клетку шахматной доски.
Страж внимательно прислушался к скрипу мертвых деревьев, стремясь вычленить звуки приближающейся угрозы, затем продолжил негромко размышлять вслух:
- В одной из своих экспедиций незнакомцам не повезло затеряться в зоне глубокого смещения. Какое-то время спустя незнакомцы явно попали в заросли луанитовых кристаллов и подверглись заражению. Кристаллы вытравили из них душу и оставили трупы скитаться по мертвым топям. Так несчастные провели долгие сотни лет, шаркая во тьме, пока я их не упокоил. Мы же, - он покосился на спящую подопечную, - попали сюда сравнительно недавно, поэтому время на наших часах отличается. Это значит, - продолжал он, - беднягам суждено родиться через сотни лет, чтобы попасть и зону смещения и «падать» во времени, чтобы упокоиться здесь. Как это возможно - не понимаю. Ничего, ученые в Столице только обрадуются такой задаче.