- Апполония! – Молчан рванулся к кромке воды, - как вы? Что с нами произошло? Последнее, что я помню, я дрался с…
Молчан осекся, пораженной вспышкой головной боли. Пошатнувшись, он прижал руку к груди – туда, куда его целую вечность назад поглотитель ударил его остроконечной лапой. Раны на том месте не ощущалось, лишь притупленная боль, будто переданная через Вселенную в виде цифрового сигнала. Оправившись, он грузной походкой догнал Апполонию, продолжавшую чеканить шаг по берегу. Подопечная то и дело проваливалась дорогими сапожками в песок, но она не замечала, устремив безмятежный взгляд ярко-зеленых глаз куда-то вдаль.
- Постойте же, - Молчан попытался ее остановить, но где там! Хрупкая фигурка принцессы ледоколом прокладывала себе путь вперед. Если бы он, взрослый крепкий мужчина, облаченный в боевой защитный скафандр, плащ и разгрузку, попытался ухватить ее за руку, то поехал бы каблуками берцев по песку, волочась следом.
Поравнявшись с ней, Молчан напряженно думал. Наследницу следовало срочно привести в чувство. Страж не знал, куда так целеустремленно шагают окружающие, но интуиция подсказывала ему, что это путь в один конец.
Оказавшись в этом странном месте, без оружия и снаряжения, не имея под рукой даже пространственной астролябии, Молчан впервые в жизни чувствовал растерянность. Принцесса шагнула на равнину, и страж, отчаявшись найти другое решение, попытался аккуратно сбить ее с ног. Привести Апполонию в чувство было первоочередной задачей, но пока она продолжала двигаться навстречу неизвестности, время Молчана истекало.
Немного опередив подопечную, страж встал перед ней. Апполония шагала, то и дело поскальзываясь на мокрой траве, но взор ее был устремлен куда-то сквозь гвардейца.
Выждав момент, Молчан собирался схватить ее и забросить на плечо. Безрассудная идея привела к неожиданным последствиям.
Послышался оглушающий гул, похожий на гудок приближающегося поезда. Неизвестный звук еще рокотал, когда черно-красная вспышка в черепной коробке стража бросила того на траву. Упав на колени, Молчан изо всех сил держался за неистово болящую голову. Казалось, если он разожмет руки, черепная коробка разлетится мириадом маленьких осколков. Лишь мысль о том, что Апполония нуждается в нем, заставила сознание стража рывком вынырнуть из океана бесконечной боли.
Пошатываясь, Молчан встал, но тут же был вынужден припасть на колено, держась руку о землю, чтобы не упасть. Разлепив слезящиеся от боли глаза, он с ужасом понял, что остался один.
Равнина осталась немного позади, и теперь страж находился на вершине бескрайнего холма, покрытого зеленой травой и луговыми цветами. Если бы направление его движения было севером, то Молчан мог бы сказать, что океан на «юге» остался далеко позади. Белая полоска тлела на фоне внеземных сумерек, шум накатывающих волн сюда уже не долетал.
Поднявшись на ноги и держась рукой за голову, Молчан заковылял вперед. Он старался не обращать на раскинувшийся далеко на западе пейзаж. Ведь не имея оружия и возможности защищаться, ему лишь оставалось надеяться, что «пейзаж» не обратит на стража внимание.
Там, у подножия холма, раскинулась зеркальная поверхность воды. В отличие от мерно накатывающих на песчаный берег волн, тамошняя вода выглядела бескрайним неподвижным зеркалом. Молчан и не был уверен, что это не зеркало. Но важнее было то, что над зеркальной гладью металась гигантская сфера. Она выглядела искусственно и чужеродно, а взгляд не хотел фокусироваться, соскальзывая с ее сверкающей поверхности. Казалось, она хаотично двигается вокруг своей оси, но, похоже, сейчас ее не интересовало ничего, кроме своего отражения.
Внимание стража привлекли белеющие в траве камни в паре минут ходьбы. Слезящийся от боли взгляд не мог разглядеть подробностей, но с каждым шагом Молчан убеждался, что гораздо больше, чем казалось поначалу. Холм был усеян белыми крошечными монолитами, которые при ближайшем рассмотрении оказались подобием могильных камней.
Подойдя к ближайшему образованию, страж смог проморгаться и рассмотреть находку повнимательнее.