«Видимо, он имеет в виду, — догадался Картер, — ту самую „реабилитационную бригаду“, о которой упомянула его мачеха». Что бы ни произошло с Эзрой, он явно влип по самые уши. Картер обвел взглядом рабочую комнату Эзры. По полу были разбросаны книги и бумаги. Картер заметил, что Эзра разместил свои инструменты и химикаты на старом ящике для игрушек, чтобы создать удобное рабочее пространство. Как ни странно все это выглядело, Картер вынужден был признаться в том, что мгновенно почувствовал, как знакома ему эта обстановка. И человек, который так обустроил свое рабочее место, тоже сразу стал ему ближе. Комната Эзры напомнила ему о собственных импровизированных кабинетах и лабораториях. Несмотря на то что Эзра Метцгер явно не испытывал нужды в деньгах, он был одним из тех упрямых эксцентриков, которым обычно удавалось, словно жучкам-древоточцам, проложить себе путь в университетскую среду, но потом они доживали свои дни в безвестности в этих самых проделанных ими ходах. Он с сердечной теплотой относился к интеллектуалам-неудачникам, люди этого типа были очень хорошо знакомы Картеру, возможно потому, что он знал, как опасно близок сам со всеми своими экспедициями и доморощенными теориями к тому, чтобы превратиться в одного из них.
— Даже если бы я согласился сделать для вас то, о чем вы просите, — сказал Картер, — а я не говорю, что я могу это сделать, то, скажите на милость, как, на ваш взгляд, это будет выглядеть? Вы хотите, чтобы я явился в лабораторию и развернул один из этих свитков?
— Нет, я понимаю, что так сделать вы не можете, — с готовностью откликнулся Эзра, чувствуя, что он на пути к победе. — Вам понадобится всего лишь крошечный кусочек свитка, и я его для вас уже приготовил. — Он показал Картеру небольшой полиэтиленовый пакетик, внутри которого лежал маленький фрагмент свитка. — Этого должно хватить для анализов — и честно говоря, это самое большее, чем я готов пожертвовать.
Картер взял пакетик и поднес его к свету: клочок свитка, лежавший внутри, имел длину около дюйма и ширину примерно три четверти дюйма. Но Картер знал: Эзра прав, этого действительно могло хватить для проведения лабораторных исследований (если, конечно, Картеру удалось бы добиться, чтобы эти исследования кто-то провел). Наверняка не так просто будет объяснить, каким образом к нему, палеонтологу, попал в руки такой материал и зачем ему нужны результаты лабораторных анализов.
Однако Картеру и прежде случалось выполнять странные просьбы.
Только сейчас он вдруг вспомнил о том, что до сих пор даже не позвонил в лабораторию по поводу окончательных результатов исследования пробы, которую они с Руссо взяли с окаменелости. Столько всего ужасного произошло за последнее время: взрыв, смерть Билла Митчелла, Руссо в больнице, что Картер начисто забыл о работе. На самом деле он уже привык к мысли о том, что окаменелость безвозвратно исчезла при взрыве, думать так было легче. Но ведь все обстояло не совсем так, верно? Существовал крошечный фрагмент окаменелости и такой же маленький кусочек породы. Немного, что и говорить, но сейчас Картер должен был благодарить судьбу и за это. Пора было заглянуть в биомедицинскую лабораторию.
— Знаете, подобные лабораторные исследования кое-чего стоят, — заметил Картер. — Думаю, немало.
— Сколько бы это ни стоило, — заверил его Эзра, — я оплачу все расходы.
Судя по тому, что успел увидеть Картер, финансовых проблем у Эзры, пожалуй, действительно не было. Но когда он уже был готов убрать пакетик с фрагментом свитка в верхний карман рубашки, Эзра остановил его.
— Тепло вашего тела ему противопоказано, — предупредил он.
— Но как же мне тогда нести это? — спросил Картер.
Эзра посмотрел по сторонам и нашел белый почтовый конверт.
— Положите сюда и несите в руке или наружном кармане куртки.
Картер послушно уложил пакетик в конверт и запечатал его. В этот момент у него было такое ощущение, что он невольно под чем-то подписался, как будто заключил с Эзрой некий договор, и ему даже не хотелось обдумывать смысл этого договора. Но с другой стороны, именно сейчас в его жизни было так много всего, над чем бы ему совсем не хотелось думать. Возможно, он вел себя глупо: может быть, им руководило желание помочь человеку, а может, он просто пытался доказать, что он, вне всяких сомнений, не относится к когорте упомянутых Эзрой узколобых ученых. «Допустим, я хочу это доказать, — подумал Картер, — но кому? Эзре или самому себе?»
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ