Дакку ещё ни разу не приходилось применял свое поле, как орудие убийства, хотя болезненные уколы он раздавал довольно часто, как обороняясь, так и желая достичь какой-либо не совсем законной, цели. Но нанося удар своим полем, он всегда чувствовал силу поля своего соперника и концентрировал своё поле лишь настолько, чтобы противник получил потрясение, но никак не летальный исход. Но так как он не знал истиной силы поля Крета, из-за её скрытости, то сейчас сконцентрировал в иглу всю мощь своего поля и метнул её в лицо командира станции.
Крет был на голову выше Дакка и гораздо шире в плечах, но его поле, вдруг, оказалось значительно слабее, чем Дакк всегда предполагал. Игла его поля проткнуло защиту командира станции будто стальная игла картон и рука Крета, сжимавшая оружие, дрогнула и разжалась. Оружие с грохотом упало на пол, заставив Дакка заметно вздрогнуть и поднять плечи. Остановив атаку, он замер в тревожном ожидании появления очередного жужжащего огонька. Но он, почему-то не появлялся. Опустив плечи, Дакк перевел взгляд на Крета.
Командир станции, уставившись невидящим взглядом перед собой, стоял шатаясь, широко расставив ноги и тряся руками, пытался удержать равновесие, но амплитуда его шатаний становились всё больше и больше и вот его ноги дрогнули и он, став на колени и схватив себя руками за шею, замер, будто окаменел. Дакк впился взглядом в лоб командира станции и не почувствовал его информационного поля.
Ничего не понимая, Дакк вышел из головы Крета и, вдруг, понял, что он также не чувствует и его психотронного поля, его просто не было, будто перед ним был не человек, а придорожный камень.
«Проклятье! Ушел! Бросил свой носитель, — состроив гримасу досады, Дакк ударил кулаком одной руки, в ладонь другой. — Выходит он тоже зенн? Теперь понятно, почему он так старательно прячет свое поле за полем зевса. Но зевс, весьма, опрометчивый выбор. Но почему поле зенна у него такое странное? Хотя колонии зеннов находятся в разных планетных системах, но поля у всех нас, практически, одинаковы. Такого нет ни у кого. А если, просто, я ещё не встречался с подобной структурой поля? — Дакк саркастически усмехнулся. — Теперь встретился.
Зенны из разных планетных систем не особенно любезничали друг с другом: откровенной вражды не было, но и дружбы тоже. Они, практически, не общались, не имели никаких общих дел, не особенно стремились приходить друг другу на помощь, даже старались не замечать друг друга, если оказывались рядом, словно зенны с разных планет были невидимы друг для друга. С чем это было вызвано, было совершенно непонятно. Дакк не был исключением и когда ему встречался зенн с другой планеты, всегда держался настороженно и старался, поскорее разминуться с ним, хотя у него никогда не возникало никакого чувства агрессии, может быть, лишь чувство полного безразличия. Но то, как Крет относился к нему, было, пожалуй, чересчур, переходящее всякие границы взаимоотношений. Это, пожалуй, была настоящая война.
Дакк разбросил свое поле вокруг себя, но никаких других психотронных полей поблизости не было. Скорчив мину досады, он покрутил головой, будто пытаясь увидеть исчезнувшее поле командира станции и уткнулся взглядом в необычное оружие лежащее на полу. Подойдя к нему, он поднял его и поднес к лицу.
Вообще-то, Дакк не впервые держал настоящее оружие в руках, но такого он не видел ни у кого. Хотя… Больше всего оно было похоже на оружие дворов, которое ему приходилось видеть в музее оружия на Ризе, куда он иногда заходил убивая время, в ожидании своей портации на станцию узла, но как оно действует он никогда не видел, так как считал, что нет оружия более грозного, чем психотронное поле разума и потому сам другого оружия никогда не имел, хотя, как пользоваться некоторыми видами энергетического оружия, знал.
«Зачем зенну ещё какое-то оружие? — Дакк дернул плечами. — И как мне кажется, совсем неэффективное, когда он носит в себе самое совершенное оружие, созданное самой Природой Мироздания? Странно и непонятно».
Повертев оружие, Дакк зачем-то потряс его, будто таким образом хотел добиться появления из него жужжащего огонька, но усмехнувшись нелепости своего желания, сунул оружие в карман куртки, в надежде оказавшись на Ризе, сравнить его с каким-то оружием из музея и механически шагнул в зону портации, но за долю мгновения до того, как его носитель растворился в канале перемещения, он успел увидеть, что покинутый разумом носитель Крета, уже лежит на полу, содрогаемый конвульсиями.