«Конечно жаль, что второй страж ушёл со станции, — замелькали у Атуа мысли досады. — Если бы они оба остались там, мне сейчас не пришлось бы рисковать. Вообще-то, какая разница, — усмешка тронула губы Атуа, — на какой станции будет лежать мёртвый носитель второго стража».
Атуа вернулся к зоне портации, вошел в контакт с полем стража и осторожно потянул его к себе — оно поддалось, но он тут же почувствовал, что страж усилил свою защиту. Атуа постарался найти брешь в его защите. Это ему удалось — брешь оказалась около самой стенки канала, видимо страж опасался контактировать с ней. Воспрянув, Атуа метнул всю мощь своего поля в брешь и обойдя защиту стража, рванул его к себе и…
Он вдруг почувствовал пустоту в объятиях своего поля. Думая, что промахнулся, Атуа раскинул своё поле по каналу перемещения, но оно вдруг отскочило назад, будто мяч от стены — перед ним была защита чудовищной мощности. Но Атуа не собирался сдаваться. Стиснув зубы, он собрал своё поле в лезвие бритвы и опять метнув его в канал перемещений, полосонул им защиту, намереваясь расколоть её, чтобы проникнуть в образовавшуюся брешь и завладеть разумом стража, но защита не поддалась. Потеряв самообладание, Атуа вскипел и принялся без разбора полосовать бритвой своего поля защиту стража. Но тщетно, брешь в ней не появлялась.
«Хайра!» — невольно мысленно выругался Атуа.
Он выдернул свое поле из канала и бросившись к терминалу контроля за каналом перемещения, проник в его информационное поле, надеясь как-то расширить канал, чтобы таким образом обойти защиту стража, но терминал не выполнил его требование, более того, он стремительно терял контроль над каналом. Атуа не понимал, что происходит. Канал, буквально, таял.
Хотя портальные перемещения галактик зевсов и гротов были весьма похожи, но терминалы разнились значительно и Атуа, еще не достаточно изучивший терминалы зевсов, сейчас был не в состоянии определить причину потери канала.
Мысленно опять выругавшись, он вышел из терминала и снова сконцентрировав своё поле в лезвие бритвы, метнул его в канал, но его тут же охватил приступ бешенства, канала, как единого целого, не было — он был разорван.
Атуа бросил своё поле в разрыв, разбрасывая его по сторонам, попытался найти хотя бы признаки поля стража, но ни его поля, ни признаков, указывающих направление его исчезновения, нигде не было. Поле стража исчезло бесследно.
Вдруг что-то чёрное коснулось ног Атуа, заставив его вздрогнуть и отпрыгнуть назад. Он опустил взгляд — перед ним, в зоне портации, лежал неподвижный носитель стража. Атуа мгновенно метнул свое поле в его мозг — он оказался пуст, присутствовали лишь примитивные инстинкты.
Вздыбив руки над головой, Атуа взвыл диким зверем.
Опустив руки, Атуа стоял, уставившись в опустошенный носитель, но вдруг бросился к нему и перевернул его на спину: глаза стража были прикрыты, но через не плотно прикрытые веки было видно, что их взгляд вполне осмысленен, но его грудь была неподвижна, показывая, что он не дышал, не ощущалось и его биополя, хотя Атуа чувствовал какие-то непонятные энергетические токи, скользившие внутри носителя стража. Видимо, носитель был ещё жив.
«А что если… — Атуа провёл рукой по своему лицу. — Тогда я стану стражем, получу доступ к контролю за пространством. Стоп! — он резким взмахом опустил руку. — А что это мне даст? Станция зонта, скорее всего, уже захвачена и теперь её судьбу, как с одной стороны, так и с другой решать уже будут не стражи, — он сделал шаг назад и окинул долгим взглядом неподвижный носитель. — Но ведь он был не сарматом, я это отлично чувствовал. Сарматы не обладают таким мощным психотронным полем. Тогда кто он — зенн? Но даже для зенна такое поле чересчур. Чтобы разорвать канал перемещений нужна чудовищная мощность Даже я, лучший из лучших гротов, был не в состоянии пробить его защиту. Неужели в галактике зевсов есть еще какая-то раса? Кто они? Если я окажусь в его теле, то наверное смогу это узнать. А что если встречусь с его разумом? — Атуа потёр лоб и шагнул к телу стража. — Ведь он сейчас, определенно, ищет для себя другой носитель. А о том, что остался в живых один страж из захваченной гротами станции зонта, через несколько дней будет знать вся галактика. И его разум в том числе. Найти меня не представит труда, все стреонщики по пятам будут ходить. Нет! — Атуа покрутил головой. — Это чересчур рискованно. Но и оставлять разум стража, в каком бы он носителе не обосновался, тоже нельзя. Он слишком много знает обо мне, знает мое поле и если эта информация станет известна зевсам, они достаточно быстро найдут меня. Неизвестно, сколько мне ещё предстоит прожить среди них и такой риск недопустим. К тому, же разум стража может быть будет пытаться искать свой носитель и если удастся мне подержать его носитель под контролем, то определенно можно будет понять, в кого он переместился».