Сколько он пролазил по информационному полю станции узла, разум Атуа не представлял, но информации, как о персонале станции, так и о фрегате ему найти не удалось, а скорее всего, он, просто, не смог её выделить. К тому же ему пришлось несколько раз возвращаться в свой новый носитель, так как долгое отсутствие разума могло привести к необратимым последствиям в нём. В конце концов, озлобленный, он покинул информационное поле станции узла и в очередной раз заняв свой новый носитель, почувствовал себя уставшим и отыскав в квартире спальную платформу, свалился на неё и мгновенно уснул.
***
Проснулся Атуа от зудящего звука. Он покрутил головой, пытаясь понять, где находится — обстановка была незнакома. Он вскочил и бросился к выходу, но посреди одной из комнат вдруг замер упершись взглядом в экран терминала — с экрана на него смотрело незнакомое сердитое лицо узколобого мужчины с короткой бородкой и торчащими во все стороны, будто никогда не чесавшимися серыми волосами на голове. Он попытался вспомнить, кто бы это мог быть, но безуспешно. Ему ничего не оставалось, как подойти к терминалу.
— Энди! — заговорил, смотревший с экрана бородатый мужчина, еще больше сдвинув брови. — Это слишком. Я уже полчаса ищу тебя по всей станции, а ты спишь, как животное. Рассел приказал тебя строго наказать за то, что ты без разрешения покинул вахту. Хорошо что ещё перемещений не было. Тут такое творится. Вывалившимся оказался никто иной, как страж станции зонта, — бородатый заговорил тише. — К тому же у него нашли оружие гротов и есть подозрение, что он был перекодирован ими и шёл сюда с какой-то определенной целью. Одна из защитных программ нашла сторонний след в информационном поле станции, указывающий, что сегодня кто-то пытался проникнуть в закрытую информационную зону откуда-то из города. Возможно, что на станции есть кто-то ещё и перекодированный страж шел на встречу с ним. Рассел уже всех десантников заградительного отряда станции поставил на уши».
Атуа медленно провел руками по лицу, прогоняя остатки сна — до него, наконец, дошло, где он находится.
— Я очень устал, — тихо произнес он.
— Ты должен был предупредить меня! — бородатый начал кричать. — Я не хочу из-за тебя угробить свою карьеру! Устал! Это не причина! Пройди реабилитацию! Немедленно вернись к терминалу! Тобой интересуется сам Рассел!
— Хорошо! — всё так же тихо продолжил говорить Атуа. — Только приведу себя в порядок.
— Ты кретин, Эн…
Метнув своё поле в терминал, Атуа понесся по информационному потоку и отойдя подальше от квартиры Троттера сжег один из шлюзов. Мигнув, терминал угас. Из него потянул едкий неприятный запах. Поморщившись, Атуа покрутил головой и направился приводить себя в порядок.
«Все-таки я был неаккуратен, — размышлял он, стоя под холодными струями воды в санационной, — оставил след. Но видимо они точно не смогли вычислить, откуда был доступ, иначе бы уже были здесь. Бородатый прав — действительно, я кретин. Кто он»?
Атуа вошел в остатки информационного поля Троттера и попытался найти там образ, похожий на только что говорившего с ним мужчину, но его там не оказалось.
— Болван! — выдавил Атуа очередной нелестный о себе отзыв.
Он выключил воду и включил сушку. После холодной воды, тёплые струи воздуха приятно ласкали новый носитель. Понежившись несколько минут, он оделся и покинул квартиру, так ни разу и не взглянув на себя в зеркало. Сказалась его привычка грота: состояние внешнего вида своего родного носителя он чувствовал и видеть его ему было ни к чему.
Оказавшись на улице, Атуа осмотрелся: поодаль куда-то спешили несколько человек; прямо на него мчался большой черный кар. Он знал, что на таких карах по станции узла носятся небольшие заградительные отряды. Да и не только знал, но и сам не раз носился в них.