- Кьяра, - позвала меня Натали. Мы отошли в сторону.
- Что ты хотела сказать? – насторожилась я.
- Нам нужно оставить Сьюзан и Сандру. У них нет сил продолжать путь, и нам они только помешают.
- Мы не можем этого сделать. У нас есть задание.
- Я понимаю, - тихо согласилась Натали. – Но сколько пройдет времени, прежде чем колено Сандры распухнет настолько, что она не сможет сделать шага? А Сьюзан?
- Это решать не мне и не тебе. Они сами могут принимать решение.
- Но они никогда не признаются в своей слабости. Неужели ты не понимаешь – все мы идем за тобой. После твоей речи мы все выжимаем из себя соки. Скажи им выйти из испытания. Не важно, выиграет наша команда или нет.
- Мне плевать на результаты. Но я не думаю, что твои слова верны. Отчего они послушают меня. Из-за того, что я отчитала их?
- Кьяра Тайлс, ты такая дура, - с сожалением в голосе произнесла Натали. – Как ты не понимаешь, ты Беверли Стреймс нашего поколения. Думаешь, отчего бесится Клэр? Она рассчитывала стать главной звездой нашей ступени – девочка из Ньюстона, дочь командира. Но тебе не нужен ни Ньюстон, ни связи. Ты сама, твоя история.
- Я не знаю, что обо мне говорят, - мне был неприятен разговор, - но что бы ты ни слышала обо мне, эти слухи явно преувеличены. Никакого геройства в том, что со мной произошло, нет. Я просто случайно оказалась в стороне от взрыва. И конфедераты отпустили меня лишь затем, чтобы я направо и налево рассказывала какие они звери и на что способны. Это все.
- Тогда подумай над тем, чем твоя история отличается от истории Беверли? Только лишь тем, какими путями вы шли на смерть – ты в одиночку и для того, чтобы отвлечь, она в сопровождении группы и для того, чтобы украсть планы. Это лишь детали.
- Но в этих деталях кроется вся суть. Беверли сделала то, на что никто не решался прежде, и достигла успеха. Я же просто выжила.
Натали молчала. Языки костра бросали на ее лицо тени. Наконец она сказала –
- Я не знаю, почему ты не веришь сама в себя, но они в тебя верят. Ты – единственная причина, по которой они еще не утратили присутствие духа. и мне плевать, что происходит в твоей башке, но сейчас ты должна сказать этим девочкам, что пришло время оставить браваду и признать очевидное – дальше продолжать путь они не могут и должны сойти с дистанции.
- Ты должна быть лидером нашей группы.
- Должна, - серьезно кивнула Натали, - Но это не так, и поэтому я стану прекрасным стражем под руководством того, кого уже признали.
Я кивнула ей, и мы вернулись к остальным.
Лицо Сьюзан покрывали капельки пота, глаза лихорадочно блестели.
- Сью, - я присела рядом, - не стоило устраивать заплыв в октябре.
Она печально улыбнулась.
- Послушай, боюсь, пришло время, когда я должна попросить тебя об услуге. Ты должна позволить нам продолжить путь. Я знаю, что ты как никто другой жаждешь победы, но пора признаться, что твое состояние не позволит сделать этого. И даже если мы выиграем, эта победа будет значить ничто, по сравнению с тем, что она будет стоить для тебя.
- Я останусь с тобой, - пододвинулась к нам Сандра. Наши взгляды встретились, и она грустно улыбнулась, без слов понимая, что именно я хотела бы ей сказать. – Ты не будешь одна. Подождем стражей, и отдохнем в больничном крыле, идет?
Сьюзан тихонько кивнула, и ее глаза наполнились слезами. Она закрыло лицо руками.
- Идите, - кивнула нам Сандра. – Кьяра, возьми худи, тебе оно понадобится больше, чем мне.
- Не стоит. Неизвестно, когда к вам придут стражи, а мне на ходу будет теплее.
Слова Сандры заставили меня задержаться – мы решили перераспределить вещи. Мы оставили девчонкам еды и один пистолет, забрав второй и патроны себе. Так же Сандра настояла, чтобы мы оставили им совсем немного еды, а всю остальную забрали с собой. Джорджия, смущенно улыбаясь, вытащила из сумки теплый платок, о котором мы все забыли, и мы укрыли им Сьюзан как одеялом, хотя она меня убеждала забрать его вместо худи. Я едва не согласилась, чувствуя, как озноб становится все сильнее, но глядя на бледное лицо Сьюзан, не смогла пойти на поводу у своего желания. К тому времени, когда мы втроем вышли в путь, она уже мирно спала на коленях Сандры. Ничто теперь не тревожило ее сон.
Теперь мы двигались гораздо быстрее. У Джорджии открылось второе дыхание, и до самого вечера мы сделали всего лишь один короткий привал. Натали то и дело отвешивала себе оплеухи. В первый раз мы с Джорджией опешили от такого, и Натали со смехом пояснила, что это лучший способ не заснуть. Проверять на себе ее метод мы не стали, смеясь над тем, как это выглядит со стороны.