Ильмо швырнул оружие на траву и, отпрыгнув назад, точно дикий кот, метнулся к стене терновника.
Драугр все еще медлил. Ларс, стараясь двигаться, как можно тише и плавнее, поднялся на одно колено. Дальвейг поневоле повторил его действие.
— Если бросится — бежим, — прошептал Ларс, не отрывая взгляда от твари. — В тоннель. Понял?
Парень кивнул. Зубы его выбивали дробь, точно палочки о тугую кожу барабана. Какая чушь лезет в голову. Нужно снять наручники. Где ключ? Ульп отдал Веснушке? Где он теперь?
И тут Ларс услышал нечто.
Странный зудящий звук раздался словно бы ниоткуда. Низкий, неприятный — будто тянущая зубная боль — он замолк и тут же повторился, чуть громче. Смолк и вновь повторился, едва заметно усилившись. И еще раз, и еще…
Ларс почувствовал легкое головокружение. Дальвейг напрягся, готовый рвануться с места. А драугр…
Тварь медленно, словно бы через силу, повернулась и прислушалась. Помотала головой — так отгоняют назойливую мошкару. Переступила через труп Уле и двинулась на звук, будто желая лучше расслышать приказ.
Если бежать к сторожке, то сейчас.
— Давай!
Они вскочили на ноги. И тут же зудящий звук раздался снова — более рваный и напористый. Он лез в уши непрошенно и нагло, и Ларс споткнулся, зацепился ногой за рытвину и полетел бы на землю, не удержи в него Дальвейг.
— Быстрее!
Тварь обернулась и бросилась вдогонку. Драугр несся по поляне огромными прыжками, а ноющий звук словно подхлестывал его. Ларс уже видел: они не успеют, но продолжал бежать, из последней силы отталкивая себя от земли.
Рраз! Тяжелая рука чудовища зацепила Дальвейга, ударила по щеке. В лицо Ларсу полетели брызги крови. Барон с криком рванулся в сторону, уклоняясь от нового удара, оступился, и они упали на колкую траву…
От сторожки метнулась высокая фигура. Леннвальд! Он с размаху врезался в драугра, отводя смертельный удар от растянувшегося на земле барона.
Тварь взревела и облапила нежданного противника. Они сцепились, словно борцы на цирковой арене, сдавливая друг друга в смертельном объятии. Кажется, Ларс уловил треск костей.
Зудящие звуки слились в мелодию — ритмичную, заунывную. Злую.
Дальше Ларс не смотрел. Не было времени. Он обхватил барона за плечи и приподнял.
— Вставай! — заорал он Дальвейгу. — Вставай!
— Не могу! — пробормотал тот, корчась от боли. — Я ногу… ногу сломал!
Нет, только не это! Не сейчас! Где Кнуд Йерде? Куда он снова делся⁈
Взгляд Ларса упал на тело Веснушки.
— Тогда ползи! — велел он Дальвейгу. — Ползи, или мы покойники!
Кнуд Йерде карабкался сквозь терновник. Скалистый уступ подымался над поляной всего на полруты, но проклятые колючки! Проклятые камни! Проклятая ночь! Позади слышались вопли и шум драки, но главная опасность была не там, на поляне у пруда.
Там — лишь отражение. А источник притаился здесь, среди терновника, и играет дикую мелодию, навязывая свою волю бездушной плоти. Музыка, музыка…
Она убивает. Едва заметно, не сразу и поймешь. Сковывает движения, замедляет биение сердца, обманчиво расслабляет. Всего лишь на мгновение, но когда мгновение значит жизнь…
Древняя музыка смерти. Мелодия для мертвецов. И то, что ее играет живой, еще страшнее.
Кнуд Йерде наотмашь ударил тростью по веткам.
Смутная тень мелькнула впереди и тут же скрылась за деревьями. Ничего, подлец, луна встала — не спрячешься! Я тоже умею играть…
— Быстрее! — Ларс безжалостно тянул Дальвейга вперед, подальше от поединка. Тот чуть не плакал от боли, но упорно упирался локтями в землю, и полз, полз…
Сколько времени осталось? Леннвальд еще боролся, вцепившись в нечисть, точно медведь в добычу. Рычание сливалось с полными ярости криками, драугр рвался на свободу, и только невероятная сила человека еще сдерживала его…
Долго этот бой не продлится. И еще музыка. Она явно придает нечисти проворства. Добраться бы до музыканта!
Веснушка лежал на спине, разбросав руки в стороны. Голова была повернута к плечу так круто, что мертвые глаза бандита смотрели в землю. Дальвейг кашлянул, словно подавляя тошноту. Ларса и самого мутило, голова кружилась, кровь еще текла из глубокой царапины над виском.
Лишь бы не упасть без памяти.
Эдна выбежала на берег, оступаясь на неровной земле. Вокруг творилось безумие, рычал драугр, яростно кричал Леннвальд, и над всем этим плыла странная, пугающая мелодия. Эдна знала, что пока она не прервется, безумие не остановится.
Надо было спешить на помощь Эйрику.
Как сейчас бы пригодилась ее сила… ее проклятая, прекрасная полуночная сила!