Велев констеблю бдить — сегодня дежурили он и Руди, Ларс отправился на заранее оговоренные позиции. Бродить по площади и думать.
Повезло, что как раз сегодня было обычное собрание этого местного общества любителей искусства. Иначе пришлось бы ждать целую неделю. Или отправляться в соседний герад, где столь нужный свидетель вторую неделю гостил у родителей.
— Каникулы, — пояснил Кнуд Йерде. — Но на собрание он приедет обязательно. Никогда не пропускает.
Что ж, оставалось надеяться, что все сложится, как они предполагали. И что он сумеет достойно пережить знакомство с высоким искусством.
Вороная легко вынесла коляску из-за угла и остановилась неподалеку от фонарного столба. Ларс поспешил навстречу.
— Добрый вечер! — поприветствовала его фру Геллерт с сиденья. Кнуд Йерде, правивший лошадью, кивнул. Ларс пожал протянутую руку и примостился рядом с женщиной, стараясь занять как можно меньше места. Не дай бог, помнешь или зацепишь ножнами тесака пышные юбки.
Эдна сейчас выглядела, как настоящая светская дама. Темно-зеленое платье, открывавшее плечи, кружевные перчатки, лаковые туфли. Шею украшала золотая цепочка с темно-зеленым в тон платью камнем. Волосы тщательно уложены, в руке — дорогой расписной веер. Рядышком на сиденье лежал футляр для скрипки.
С трудом верилось, что эта женщина с царственной осанкой не спала всю ночь, с утра пораньше готовила завтрак, а после оттирала кучу грязной посуды без помощи служанки.
— Узнали что-нибудь новое? — спросила она, пока коляска, разворачиваясь, делала круг по площади.
— Не слишком много, — ответил Ларс.
Он и в самом деле почти ничего не выяснил. Вернувшись в Геслинг, ленсман вызвал Линда. Как оказалось, слухи о происшествии на реке уже достигли ушей констебля, и он как раз собирался послать в Альдбро стражников, чтобы проверить на месте, что случилось с начальством. Ларс кратко пересказал свои приключения, умолчав о драугре и ночной экспедиции. История повергла Линда в легкий шок, и навести разговор на несчастные случаи на реке вообще и гибель Кетиля Амундсена в частности большого труда не составило.
Аксель подтвердил сведения, полученные от Кнуда Йерде. Кетиль Амундсен возвращался из объезда дальней части герада. Среди вещей, которые были обнаружены на берегу пастушонком с ближней фермы, оказались бумаги, одежда, а также целая батарея бутылок с дорогим вином и виски, уложенная во вьюк. Еще пара бутылок валялась на берегу — одна пустая, в другой «так, на дне плескалось».
— Ребята после открыли парочку для согрева, — признался Линд. — Но я остальные отобрал — доказательства все-таки. Как можно…
Констебль красочно описал, как егеря вместе с деревенскими парнями искали тело, ощупывая дно баграми, и как он сам, Аксель Линд, едва не перевернулся и не погиб, когда волна вытолкнула лодку на стремнину. Так что пропал наш гере Амундсен ни за грош, пусть душа его пребудет в мире. А что бумаги? Да нет, ничего важного. Да, и сумка, и даже бутылки по сию пору в архиве лежат…
— Ну, а как ваши дела? — в свою очередь полюбопытствовал Ларс, когда они двинулись в сторону квартала, где стояли особняки почтенных и состоятельных горожан.
— Скупили всю соль в лавке, — улыбнулась Эдна. — Про запас. Еще мы предупредили герсира Блюмквиста, что видели неподалеку от Альдбро медведя. Чтобы люди стереглись шататься после заката. Не знаю, поможет ли.
У старинного, в стиле позапрошлого столетия, дома Кнуд Йерде натянул вожжи. Вороная послушно встала, и Ларс спрыгнул на тротуар, чтобы подать руку Эдне. Окна особняка светились яркими огнями, у ограды уже стояло несколько экипажей.
— Что ж, — Кнуд Йерде вытащил из кармана часы. Щелкнула, откидываясь, крышка. — Мы вовремя. Идемте, гере Иверсен. Нам всем предстоит занимательный вечер.
Скрипка в последний раз взвизгнула, точно поросенок-сосунок, и умолкла. Раздались аплодисменты, довольно сдержанные. Высокий юноша в модном фраке склонился в поклоне и приложил ладонь к груди, всколыхнув пышный шейный платок. Русые кудри до плеч придавали облику музыканта одухотворенность, а изящная бледность лица намекала на тонкость натуры. Это шепотом (который услышал весь ряд) сообщила Кнуду Йерде пожилая дама с ярко-алым веером. Кнуд вежливо кивнул, а Ларс подумал, что юноше просто следует чаще бывать на свежем воздухе, а не мучить несчастную скрипку.