Свет, что забрезжил вдалеке, придал сил, да и потолок стал выше — и сразу легче стало двигаться, вольнее дышать. Ларс вновь приготовил револьвер: кто знает, что ждет его по ту сторону.
Постепенно тьму сменил мягкий полумрак, который с каждым шагом становился все прозрачнее. Под ногами захрустели сухие листья. Еще несколько шагов, и Ларс очутился у неровного проема. Он высунул голову, щурясь от солнца…
И чуть не попался. Совсем близко, привалившись спиной к дереву, сидел давешний охотник. Рядом валялись тушки зайцев. Человек, казалось, дремал.
Ларс бесшумно убрался назад в пещеру.
Положение было незавидным. Отсюда ничего толкового не разглядеть: видна лишь примятая трава у порога норы. Если кому-то понадобится пройти подземной дорогой, его непременно засекут. Значит, выбраться нужно обязательно. С другой стороны, если парень — сторож, то пролезть незаметно вряд ли получится, а шум драки привлечет его товарищей.
Можно попробовать оглушить охотника, пока он прикорнул на солнышке. Но если он все-таки обычный лесной житель? Не бить же человека просто так, без причины…
Снаружи послышались шаги.
— Спишь, что ли? — спросил грубоватый бас.
Охотник промычал что-то неразборчивое.
— Попалось чего?
— Ушастиков парочка.
— Тощие, паскуды, что твои мыши. Вставай, пошли разделывать.
— Винца бы. На капитале сидим, а трезвые, как стекло.
— Говорил я: набери жратвы в кладовке. А он: некогда, некогда…
Шаги отдалились, голоса стали неразборчивыми. Ларс довольно улыбнулся. Он не ошибся: это грабители.
Капитан выбрался из норы и ужом скользнул в осиновый подлесок.
Укромная долинка лежала среди кольца скал. Склоны утопали в осиннике, на дне разрослись душистые некошеные травы, через которые наискосок убегала утоптанная тропка. Вела она к землянке с крытой зеленым дерном крышей. Венцы сруба затянул мох, и жилище запросто можно было принять за пригорок, если бы не дымок из трубы. Рядом с землянкой темнел тесовый навес, под которым привязанные лошади жевали овес из долбленой колоды. Ларс пересчитал лошадей — шесть, а крайняя слева ну очень напоминает Звездочку и мастью, и ростом.
Он лежал в чаще позади дома. Разглядывать лошадиные хвосты надоело, но и ползти обратно, не выяснив, сколько всего преступников засело в землянке, казалось неверным. Окно же было одно-единственное и смотрело оно на луг.
Стукнула дверь. Двое парней обогнули сруб и направились к навесу. Один насвистывал, другой зевал и ожесточенно чесал поясницу.
Ларс подался назад и нечаянно задел коленом сухую ветку. Она, зараза, немедленно откликнулась противным треском. Парни остановились.
— Слышал? — первый прекратил свист. Лицо у него было умное, но неприятное, во рту на месте переднего зуба чернела щербина.
— Где? — второй завертел башкой, не прекращая драть пальцами спину. — Чего?
— Да, вроде ветки трещат. Вот, перестали.
— Кабаны ломятся, — с устрашающим зевком сказал второй. — Я вчера следы видел у родника.
— За лошадями присмотри. Не поеные.
— Да успеется…
— Успеется, — передразнил щербатый. — Заболеют — Уле тебе башку отвертит. Помнишь, как он Щегла уделал?
Видимо, Щегла уделали сильно, потому что парень тут же заткнулся и, прихватив у коновязи ведро, отправился куда-то по тропке. По всему, к роднику. А его товарищ сладко потянулся… и полез в кусты, прямо туда, где устроился Ларс.
Отставной капитан вжался в землю, срочно решая: то ли вскакивать и бить щербатого в морду, прежде чем он наткнется на соглядатая, то ли лежать мертво в надежде, что все обойдется. Шаги звучали все ближе. Так и не выбрав, Ларс покрепче сжал револьвер: если что, сойдет за дубинку.
Щербатый остановился неподалеку от куста, за которым прятался Ларс. Присел на корточки у закиданной прелыми листьями ямы и запустил туда руку по локоть. Вытянул что-то, завернутое в тряпицу. Еще раз стрельнул глазами вокруг и полез за пазуху. Оттуда на свет появился черный тугой мешочек. Щербатый подкинул его на ладони, прежде чем отправить в тряпичный сверток. Звякнуло. Щербатый осклабился и быстро забросал тайник листьями.
Снизу донеслось фырканье лошадей. Ленивый голос окликнул приятеля.
— Щас, — поспешно отозвался тот. — По нужде отошел.
Поднявшись, он двинулся в сторону от укромного местечка и исчез из виду. Ларс перевел дыхание и вновь принялся наблюдать.