Лабиринт Душ. Испытание для тех, кто осмелился переступить грань.
Воспоминание пришло внезапно — не его, а прапрадеда. Сэр Эдвард Блэквуд стоит в похожем подвале, перед похожим выбором. 1888 год, охота на того, кого история запомнит как Джека-Потрошителя.
«Помни, Thomas,» — голос из прошлого, обращённый к сыну. — «В местах Силы истина часто скрыта за ложью. Путь Истины ведёт к иллюзии. Путь Памяти — к забвению. Только Путь Жертвы…»
Видение оборвалось. Но смысл был ясен.
Артур направился к третьему проходу. С каждым шагом голос Дэниела становился тише, отдалённее, пока не стих совсем. Зато появились другие звуки. Шёпот. Множество голосов, говорящих одновременно.
«Поворачивай назад…»
«Ещё не поздно…»
«Другие пути безопаснее…»
«Жертва слишком велика…»
Но он шёл вперёд. Коридор сужался, потолок опускался ниже. Пришлось согнуться, потом встать на четвереньки. Меч пришлось взять в зубы, чтобы освободить руки.
И вдруг — пространство расширилось.
Артур оказался в круглом зале с высоким сводчатым потолком. В центре — каменный алтарь, покрытый бурыми пятнами. Вокруг — семь колонн, на каждой — прикованная фигура.
Шесть фигур были явно мертвы уже давно — иссохшие мумии в лохмотьях викторианской эпохи. Но седьмая…
— Дэниел Морган?
Молодой человек поднял голову. Лицо осунулось за три дня плена, в глазах плескался животный ужас. Но он был жив.
— Кто… кто вы? — голос хриплый, пересохший.
— Детектив Блэквуд. Ваша невеста наняла меня. Я вытащу вас отсюда.
Артур подошёл ближе, разглядывая оковы. Древний металл, покрытый рунами. Но не просто металл — живая субстанция, пульсирующая в такт сердцебиению пленника.
— Не… не трогайте! — Дэниел дёрнулся. — Они сказали… если кто-то попытается освободить… все умрут.
— Кто сказал?
— Тени. Они приходят, когда гаснет свет. Говорят… говорят, я последний. Седьмой. Когда соберутся семеро, начнётся Жатва.
Артур огляделся внимательнее. Шесть мумий, седьмой — живой пленник. Позиции вокруг алтаря образовывали семиконечную звезду. Классическая конфигурация для ритуалов призыва.
— Что за Жатва?
— Не знаю. Но они ждут кого-то. Называют его… Жнец Душ. Говорят, он придёт, когда будет готова последняя жертва.
Артур подошёл к ближайшей мумии. Обрывки одежды, остатки документов в карманах. Удостоверение личности, чудом сохранившееся:
«Мэри Энн Николс. Род. 1845.»
Первая жертва Джека-Потрошителя. Но официально её тело было найдено на улице, а не в подвале.
Вторая мумия: «Энни Чэпмен».
Третья: «Элизабет Страйд».
Четвёртая: «Кэтрин Эддоус».
Пятая: «Мэри Джейн Келли».
Все канонические жертвы Потрошителя. Но история лгала. Тела на улицах были подделками, отвлекающим манёвром. Настоящие жертвы всё это время были здесь, части ритуала, растянувшегося на полтора века.
Шестая мумия была свежее остальных. Документы отсутствовали, но Артур узнал лицо по фотографиям из полицейских архивов. Джессика Мэйсон, пропавшая студентка. Дело, которое так и не раскрыли. Три месяца назад.
— Они собирали нас, — прошептал Дэниел. — По одному. Раз в несколько десятилетий. Ждали подходящих. Тех, в ком течёт нужная кровь.
— Какая кровь?
— Кровь свидетелей. Потомков тех, кто видел истинное лицо Потрошителя. Кто знал, чем он был на самом деле.
Артур вспомнил видение из медальона Кросса. Мэри Келли и человек из Общества Серебряного Ключа. Ловушка для сущности, которая носила облик Джека-Потрошителя.
— Но зачем? Какова цель ритуала?
— Освобождение, — новый голос. Не Дэниела. Древний, хриплый, говорящий с акцентом давно умершей эпохи.
Одна из мумий пошевелилась. Мэри Келли — или то, что от неё осталось — повернула голову. В глазницах вспыхнули тусклые огоньки.
— Мы… неудачный эксперимент, — продолжала мумия. — Общество думало… могут поймать его. Связать. Уничтожить. Но сущность… сильнее. Хитрее. Обернула ловушку… против охотников.
— Вы всё это время были в сознании?
— Хуже. Были… между. Ни живые, ни мёртвые. Наблюдали… как он растёт. Питается. Готовится.
— Кто готовится?
— Тот, кого вы зовёте… Джек-Потрошитель. Но это лишь… одно из имён. Одна из масок. Он старше Лондона. Старше… человечества. Существо из-за грани. Пожиратель душ.