Забрав свое оружие, Тассия отправилась вслед за отцом; стоило тому подойти к массивной двери, как она автоматически открылась перед ним, и Тассия увидела, что за ней находилось. Её догадка оказалась верна, и они зашли в огромное помещение, в котором стояли прототипы летательных средств, а в центре — большой летательный аппарат. От его вида удивленная Тассия раскрыла рот, ведь она никогда не видела таких больших летающих кораблей.
Войдя в ангар, Тассия увидела знакомые лица: Капитана-командора, Роэнну Коф, которая когда-то была приставлена к ней телохранителем. Ныне же она возглавляла один из самых таинственных орденов империи, и Черной гвардии — Алую Харцессилу. Рядом с ней стояла элитная гвардия телохранителей императора — Вестниц Белл, облаченных в легкую латную броню красного и белого цветов, перед которыми стояла их Старшая, Поглотительница чар — Ал'кири по прозвищу «Алый жнец».
На борту летающего корабля было высечено его название и тип. Надпись гласила: «Аскулату» Кребар: Торах» эллер — Унслаар». Тассия вспомнила, что Аликсиндрия, когда что-то изобретала, то давала своим изобретениям имена героев или событий из древних легенд Перворожденных Таллаури. И, будучи полиглотом, Тассия изучала древние диалекты и языки, а потому мысленно перевела надпись на борту: «Боевой перехватчик-транспортер: класса — Рассекатель небес».
Перед взлетом Дейвенскард подошел к своей правой руке — Мирре, и шепотом ее попросил о чем-то, но по его тону Тассия поняла, что он дал ей секретное поручение, после чего приказал всем взойти на борт Рассекателя, а после взлета произнес:
— Итак, культ смерти и чумы, одно из ответвлений Культа Падшего, этот небольшой культ возглавляет беглый сын Саяна Второго — Гнестон, именно он ответственен за разрушение Саттнота, и многие другие события произошедшие за прошедшие десять лет. Он брассийский черный колдун, владеющий особой техникой пыток, благодаря которой он промывал своим жертвам разум, склоняя их на свою сторону, превращая в своих послушных псов, — проведя в раздумьях несколько секунд, он продолжил: — Он точно таким же способом склонил на свою сторону и мою младшую дочь Сапфрину и убил ту, кого я полюбил после Шалии.
— Ты нарушил клятву данную матери! Сирхекш! — злобно ругнулась Тассия.
— Таша, пойми меня, мать Сапфрины вышла меня и тем самым спасла от горя, — холодно произнес Дейвенскард, после чего добавил грозно: — Хватит ругаться, дочь моя!
Как ни в чем не бывало он продолжил вести брифинг:
— Город-государство Алваръяд ныне лежит в руинах, не знаю как, но брассийцу удалось раскрыть разрушительный потенциал Сапфрины и превратить ее в живое могущественное оружие — Черную химеру.
— Черную химеру? Когда ты хотел мне рассказать про то, что у меня шетшеп! Есть сводная сестра?! — злобно ругаясь, спросила Тассия.
— Если бы брассиец не атаковал Саттнот, то ты бы с ней познакомилась в более приятной обстановке, — невозмутимо объяснил Дейвенскард.
— Как так вышло, что когда убивали твою рыжую любовницу, ты даже не соизволил вмешаться? — упрекнув отца, спросила Тассия.
— Кукловод хитро поступил, использовав тёмную магию измерений, — ответил Дейвенскард, после чего добавил: — За несколько часов до нападения он организовал рейд мятежников на важные стратегические объекты, из-за чего пришлось разделить силы.
— Как она вообще могла выжить, если, как ты говоришь, брассиец ее убил? — спросила Тассия недоумевая.
— Она обладает силами, о которых даже я не подозревал, — объяснил Дейвенскард, после чего гаркнул: — Хватит вести разговоры не по делу!
— Хочешь сказать что она, последняя оставшаяся в царстве о'Ка — Аспект? — удивилась Тассия, пропустив возмущения отца мимо ушей.
— Она больше, чем Аспект — она творение Маль» саайры, царицы Аспектралов, — гордо произнес Дейвенскард, затем добавив полушепотом: — Но я тебе этого не говорил.
После этих слов он продолжил вести брифинг:
— Мы летим к западной границе тёмного леса Манакай, жнецы, вестницы Белл и Алый Харцессил обустроят лагерь у подножия леса, но хочу предупредить вас о том, что по лесу с давних времен бродят неупокоенные мертвецы и души жертв экспериментов культистов. Также, именно там брассийцы устраивали свои казни еще во времена рассвета их империи.
— Кто пойдет в город, и вообще, как ты планируешь войти в город с учетом того, что он захвачен культом, мост поднят, а другие входы либо завалены, либо взорваны? — с недоумением спросила Ал'кири.