– Это уже слишком! – не выдержала Тэри, – Прикажите им прекратить, сэр! Эти игры могут быть опасны!
– Биометрические показатели «Эхо» приближаются к критическим, – подтвердил офицер-оператор, бросив взгляд на графики пульса, давления крови и мозговой активности пилотов.
– Прикажите им остановиться, – настаивала Тэри, – Иначе я сама это сделаю.
– Запись данных идет? – спросил Блэквуд, словно не слыша Тэри.
– Да, сэр. Все данные, включая записи с оптических сенсоров Стражей, сохраняются.
– Продолжайте слежение, – распорядился генерал, – Докладывать об изменениях в состоянии пилотов и машин немедленно.
– Она не выдержит! – почти кричала Тэри.
– Ты утверждала, что эти двое отличаются от других. Я почти склонен тебе поверить, – ответил Блэквуд, – Но сейчас лучший способ это проверить.
– Но не ценой их жизней!
– Уровень альфа-волн «Эхо» превысил критические значения! – доложил оператор, – Сердцебиение и давление крови – предельные.
– Смотрите! – Тэри в ужасе ткнула пальцем в экран монитора, показывающий запись из кабин пилотов.
– О, черт! – генерал поспешно потянулся к микрофону.
Страж Элен приземлился после очередного прыжка, подняв тучу пыли выхлопом реактивного ускорителя. Он сделал несколько неуверенных шагов и склонился вперед, коснувшись руками земли. На его броне тут же появились две оранжевые отметки, но никакой реакции от Элен не последовало, Страж был неподвижен.
– Есть! – раздался радостный возглас Рейна.
– «Эхо» оставайся на месте! – заорал генерал Блэквуд, – «Ромео», прекратить бой! Тебе и остальным – немедленно вернуться на базу. Выполняйте приказ!
– Элен? – встревожился Рейн, – С тобой все в порядке? Элен?
Ответа не было. Рейн сбавил темп и подбежал к неподвижной машине Элен. Только теперь, когда закончилась эта безумная гонка со стрельбой, он почувствовал, какой ценой далась ему победа. Голова раскалывалась от ноющей боли, перед глазами плавали радужные круги, сердце бешено стучало. Рейн хватал ртом воздух, но никак не мог отдышаться. Неужели Элен испытывает нечто подобное?
– Элен, – повторил Рейн, – Ответь мне…
Его губы были липкими и горячими. Рейн провел рукой по лицу и с изумлением уставился на перепачканную в крови ладонь. Кровь потоком стремилась из носа, стекая по губам.
– О, боже… Элен, как ты? Черт! Элен, ответь!
– «Ромео», успокойся, – раздался в наушниках шлема голос генерала Блэквуда, – Она жива, но потеряла сознание от перегрузки. Ты ничем не можешь помочь и будешь только мешать. Немедленно возвращайся на базу.
– Я не могу бросить ее! Элен, очнись!
– Слушай меня, «Ромео», и выполняй приказ, – начал генерал, но тут послышался тихий голос девушки.
– Я… я… я в порядке… Всего лишь голова… закружилась… Я сейчас встану…
– «Эхо», не двигайся, – приказал Блэквуд, – Жди помощи, вертолет уже вылетел. «Ромео», последний раз повторяю – возвращайся на базу.
– Делай… как тебе говорят… Ромео, – прошептала Элен.
– Элен, ты…
Генерал раздраженно сделал пальцами движение, изображающее ножницы. Оператор отключил радиосвязь Рейна.
– Ну, видите, чего вы добились?! – возмущенно произнесла Тэри, – При всем уважении, сэр, я требую отметить в рапорте, что я возражала против продолжения испытания…
– Мы увидели их в деле, – ответил генерал с довольной усмешкой, – Это не было настоящее дело, но мы увидели настоящих пилотов. То, на что они способны, если захотят. Потрясающе, у меня просто нет других слов.
– Пилоты могли пострадать, – возразила Тэри.
– Но не пострадали, – ответил Блэквуд, – Зато теперь, после первого же полевого испытания, мы знаем их предельные возможности. И знаем где проходит та линия, которую они не в силах пересечь. Всегда важно знать пределы, не так ли?
Тэри покачала головой.
– Дети растут, – проговорила она, – И их пределы будут расти вместе с ними.
***
Оставив Стража на площадке подъемника и на бегу сдирая с себя пилотский комбинезон, Рейн сломя голову бросился к лифту. По пути он едва не сбил с ног Валентайна, который вернулся раньше и успел поставить своего Стража в ячейку.
– Где она?! – заорал Рейн.
Валентайн, решив, что Рейн собирается распекать его за ошибки в бою, растерялся.
– Кто?
– Элен! Что с ней?
– Откуда мне знать, черт возьми? Я видел, как вернулся санитарный вертолет, а потом мне пришлось опуститься сюда. Она, наверное, в медпункте. Эй, Рейн, подожди! У тебя лицо в крови…