Переправа не заняла много времени. Гор ступал уверенно, и девушка успокоившись следовала за ним без страха. Правда на самой середине Ника немного отстала, здесь течение было на много быстрее, а через прозрачную воду хорошо просматривалось речное дно, устланное кусками плетенных камней. Ника поражённо взирала на эту картину до тех пор, пока Гор не окликнул ее с края тропы.
Едва покинув мост, путешественники услышали грохот камнепада за спиной. Ника оглянулась назад и застала не менее волшебную картину, чем увиденная ей ранее, вот только на этот раз плетеная тропа разрушалась, осыпаясь в реку с громким плеском. В последний момент, ветви деревьев с треском и скрипом распрямились, рассыпая вокруг зеленые листья и красные лепестки, осыпавшихся цветов.
После переправы путешественники поднимались на холм, на вершине которого возвышалась крепостная стена. Дорога, выложенная серыми камнями, петляла между невысоких валунов. Чем выше они продвигались, тем чаще им попадались неширокие террасы, засаженные то деревьями, то растениями покрытыми пушистыми метелками на подобие наших зерновых, вот только формой они напоминали одуванчики. У самой вершины стали попадаться террасы, засаженные явно овощными культурами и цветочными грядками, издававшие дурманящие ароматы.
Ника усиленно вертела головой, рассматривая все вокруг. Очень многое ей так напоминала родной мир, но необычного было гораздо больше. Земля имела красноватый оттенок, что не было новым для девушки, подобного цвета почву она видела в Тунисе, куда ездила отдыхать летом, да и цвет камней и скал желто-коричневый уже встречался в памятном ущелье Стражей, а вот культурные растения гораздо сильнее отличались от известных ей земных. В первую очередь, это касалось злаковых. Как рассказал Гор, высаживали их не семенами а рассадой, на подобие риса, перед сезоном дождей, который совпадал с земными зимой и весной. После посадки, политые дождями, они разрастались в кусты высотой до метра, из центра лиственной розетки поднимались травянистые стрелки, увенчание шарами бледно- голубого и бледно-желтого цветов. После цветения, на каждой такой стрелке завязывалась коробочка, внутри которой созревали семена белого и желтоватого цвета, которые перемалывали в муку, из которой пекли лепешки, те самые, которыми Гор кормил ее во время путешествия. И что самое удивительное, лепешки из этих семян никогда не черствели, их можно было хранить очень долго.
Когда девушка и ее сопровождающий добралась до террасы, где были высажены овощные культуры, Ника разглядывала аккуратные грядки растений различных цветов и форм. У самой дороги были высажены невысокие темно зеленые кустики, покрытые ярко жёлтыми и темно оранжевыми цветами воронковидной формы в центре которых выглядывали черные продолговатые выросты, концы которых загибались на подобие петелек. Цветы издавали резкий, остро-перечный аромат. Гор объяснил, что это растения привлекают своим ароматом насекомых, которые переносят пыльцу с одних растения к другим, тем самым помогая опылять их. После того как растение отцветает, из созревших коробочек извлекают черные семена, которые размалывают в жгучий, пахучий порошок, который используют для приготовления мясных и овощных блюд.
Далее за вераем, как назвал это перечное растение Гор, возвышались полуметровые кустарниковые растения с широкими серо-зелеными листьями в пазухах которых располагались темно фиолетовые, красные и зеленые ребристые плоды, размером с крупную сливу или средних размеров помидор. Гор назвал эти плоды амоа, их собирают, когда яркость окраски плодов блекнет, становится глянцевой и мясистой.
У разных сортов амоа свой вкус, от кисло- сладкого до сладко-острого или остро-горьковатого, но любой из этих сортов широко используется в кулинарии.
Ботанический экскурс по местной флоре продолжался. Ника узнала о том, как используются высокие похожие на кукурузу растения курмари, на которых созревали в полосатых желто-зеленых листовых коконах плоды курма, самое любимое блюдо местных жителей, как поняла Ника, плоды этого растения очень напоминали початки земной кукурузы, только раза в три меньше и съедаются целиком предварительно отвариваясь в мясном бульоне.
На ближайших к городу террасах располагались лекарственные растения, за которыми ухаживали жрицы Храма Жизни. Верховная Жрица, или Хранительница, как ее здесь называли, была не только магом жизни, но и главой лекарей всей страны. Именно в стенах Саареса располагалась школа лекарей, которой руководила Хранительница.