Хранительница и тан
Ника смотрела в лицо женщины, которая была причастна к её появлению в этом мире. Или так она по крайней мере думала.
Она столько слышала о ней, о её способностям и силе. Ника ожидала увидеть женщину необыкновенную, по меньшей мере, и была поражена увидев легендарную Хранительницу Кидара.
Прежде всего, девушка была поражена тем, что ничего примечательного в её внешности не было. Таких лиц было много в её родном мире, каштановые волосы пронизывали серебристые пряди. Овальное лицо с мелкими чертами и бледными тонкими губами немного оживляли светло-зеленые с коричневыми крапинками глаза, которые внимательно и задумчиво изучали стоящую перед ней девушку. Она не выглядела старой, но почему-то при взгляде на неё, Нике вспомнилась другая женщина, жившая на Земле. Да, точно, Хранительница напомнила ей Индиру Ганди, но если бы кто-то спросил у Ники, то она бы не смогла ответить, почему она вспомнила о женщине – политике её родного мира. Может было что-то во взгляде, спокойном и мудром, а может, это грусть, которая скрывалась в глубине её глаз.
Хранительница, не смотря на свою обыденную внешность и видимую хрупкость, сразу привлекала внимание любого, и не только мудростью во взгляде, но и силой духа, которая как облако окружала её, заставляя склониться перед ней любого.
Ника в полной мере ощутила на себе влияние силы магии этой женщины, давление почти осязаемое, как будто воздух вокруг сгустился, и приходилось прилагать усилие, чтобы накачать кислород в лёгкие. Ника ощутила, как паника охватывает её, такое бывает когда попадаешь в замкнутое пространство с ограниченным количеством воздуха. Пытаешься вдохнуть, но понимаешь, что каждый следующий вдох не наполняет лёгкие, а твоё тело как будто застряло в узком лазу, ты не можешь пошевелиться, не можешь двинуться ни вперёд ни назад, страх окутывает разум, паника накрывает удушливой волной, и ты теряешь все чувства кроме одного заветного желания вырваться, бьешься, как попавшая в сеть рыба, срывая собственную кожу.
В какой-то момент Ника вынырнула из этого марева и почти со стоном втянула в себя воздух. Как только лёгкие заполнил напоённый ароматом цветов воздух, в голове прояснилось, все неприятные симптомы пропали. Перед Никой стояла просто женщина, с добрым и немного печальным взором.
- Прости меня, Тхори, я должна была проверить. Мы так долго ждали ту, от которой зависит судьба нашего мира, что не можем позволить себе быть обманутыми. –
Ника чувствовала себя дезориентированной и, что скрывать, обиженной. Ей совсем не понравилось то, с какой лёгкостью её подвергли столь неприятной процедуре, даже не подготовив, не предупредив о столь неприятном моменте. Что говорить, Ника и сама знала о том, что излишне обидчива, но в данном случае посчитала, что имеет полное право быть недовольной подобным приемом.
- А мне казалось, что уже все было выяснено раньше. Гор уверял меня, что я и есть та, кого вы ждали. Я не понимаю зачем была нужна проверка, которая к тому заставила меня пережить столь неприятные мгновенья? – Ника едва сдерживалась, чтобы не кинуться прочь, в глазах даже защипало от обиды на всех. – Я к вам не напрашивалась, прекрасно жила в своём мире без магии, богов и героев. Если бы меня спросили хочу ли я быть спасительницей мира, то уж поверьте мне, я точно уступила бы место желающим прославится. –
Ника распалялась все больше, накручивая себя все сильнее. Она понимала, что повод был не так уж серьёзен, но в данный момент доводы рассудка мало что значили. Похоже, это была истерика чистой воды.
Хранительница не торопилась прерывать излияния девушки, внимательно наблюдая. Кирана так же помалкивала, а вот эмоциональная Марула не смогла сдержаться.
- Дорогая девочка, о чем ты! Мы сразу поверили в твоё предназначение, никто кроме Стражей не мог открыть проход в наш мир. Хранительница просто коснулась твоей души, чтобы…-
- Марула! – Голос Хранительницы оборвал объяснения саадири. – Я сама расскажу девушке, все что необходимо, а вы с Кираной можете идти.-
Женщины склонились перед жрицей и кивнув девушке, направились в обратный путь.
Ника осталась одна перед верховной жрицей. Несколько мгновений они испытывающе смотрели друг на друга. Хранительница молча изучала девушку, а Ника пыталась успокоиться и понять, почему так бурно прореагировала на поступок жрицы.
Наконец, Хранительница повернулась, делая знак следовать за собой.
Идти пришлось совсем не далеко, сразу за сводчатым входом располагался округлый зал единственным украшением которого были узкие витражные окна и каменные лестницы с ажурными перилами. В центре зала на подиуме, к которому вели две ступеньки, располагалось каменное кресло. Перед креслом на четверых каменных постаментах установлены чаши; чёрная с серебряным узором, ослепительно белая, металлическая, края которой загибались внутрь, и наконец, последняя прозрачная как хрустальная слеза.
Ника не успела рассмотреть все в подробностях, Хранительница поднялась по ступеням по правую сторону, через несколько пролетов женщины оказались у открытой двери, сразу за ней располагалась зала, напоминавшая полукруглую галлерею, передняя часть которой представляло собой три арки, поддерживаемые колоннами увитыми зеленью так густо, что опор не было видно. Невысокая балюстрада в форме витой решетки, ограничивала помещение, перед ней в разнообразных емкостях росли цветы, наполняя пространство приятным ароматом. В центре помещения располагался низкий стол с резными деревянными ножками, накрытый к трапезе, а вокруг него три широких кресла с мягкими вышитыми подушками. С галлереи открывался захватывающий вид на город и реку. Небо уже начало темнеть, лучи заходящего светила окрасили свод в насыщенные оттенки сиреневого и бордового, по краю которого вспыхивали яркие золотые искры.
Едва женщины миновали распахнутые двери, с дивана навстречу поднялся мужчина в темно-синей одежде.