«Вы точно родственники. Ты такой же сказочник, как она, — рассмеялся Микаш. — Свет умерших звёзд, мир, которым правят книжники, приручившие железных птиц — в жизни большего бреда не слышал».
«Да, — оборвал его Вейас и отвернулся. — Скудоумные сказки для бездельников. Хорошо, что отец меня не пустил. Надо мной бы все смеялись».
Голос брата звучал сухо и колко. Не срывался. Я была уверена, он ни за что не заплачет, но мутная пелена слёз заволакивала мои глаза. Так обидно! Как будто это мне сказали. Хотя говорили уже добрую сотню раз, поэтому я тоже стараюсь молчать. Но Вейас не должен. Его идеи намного умнее моих. Если бы только у него был шанс, он бы смог изменить наш мир.
Я нащупала тёплую ладонь брата и сжала её.
«А давай всё бросим!»
«В очередной раз?»
«Да. Отправимся в Эскендерию, покорим Университет, а потом и сам Круг книжников. Я буду верить в тебя так, как даже в Безликого не верила, и всё получится. Никто смеяться не станет».
Вейас не ответил. Тишину нарушил тяжёлый вздох. Микаш уселся в углу, прижал к груди колени, водрузил сверху руки и спрятал в них лицо. Наверное, тоже хотел побыть один.
После сна мы завтракали и собирались молча. Напряжение настолько загустело, что казалось, его можно черпать ложкой и есть вприкуску с вяленым мясом. Мы накормили оголодавшего оленя остатками овса и снова отправились в путь. Дорога продолжала петлять и плутать, иногда встречались завалы, а иногда площадки со световыми колодцами. Никого живого здесь не было: ни людей, ни животных, ни даже демонова вэса! Пусто. И, судя по всему, уже очень давно. Может, Вей отчается, и мы в самом деле отправимся в Эскендерию? Мне бы хотелось.
Мы пробирались через очередной завал. Вей уже был наверху кручи. Микаш подсаживал меня на высокий, скользкий валун, как вдруг донёсся цокот. Будто когти стучали по полу. Микаш отпихнул меня в сторону чёрного провала в стене и затолкал следом упирающегося оленя. Брат спустился и помог ему. Затушили факел. Мы тесно прижимались друг к другу в узкой нише. Микаш сдавил морду оленя руками.
Демон шёл по нашему следу. Я чувствовала его ослепительную белую ауру. Когти цокали всё громче. Что, если запах учует?
«Зря арбалет не зарядили», — подосадовал Микаш.
Ага, потому что не стоило изводить всех накануне!
Из-за поворота заструился льдистый свет.
Мы затаили дыхание.
Он был похож на кошку размером с волка. Бледно-голубая шерсть с поперечными чёрными полосами светилась. Пол под лапами вспыхивал инистыми разводами. Демон замер у кручи. Повернул голову. Словно подведённые сурьмой голубые глаза хищно шарили по сторонам, окаймлённый чёрной шерстью нос дёргался, пытаясь уловить наш запах, треугольные уши с пушистыми чёрными кисточками обращались то назад, то вперёд. Он искал нас. Может ли он видеть в темноте? А сквозь стену? Я до онемения сцепила пальцы на груди. Пусть он нас не заметит!
Демон вскинул голову, ощерил пасть с острыми, как кинжалы, клыками и зарычал. Эхо загромыхало по каменным сводам. Я едва не вздрогнула. Олень тоже рванулся, но Микаш его удержал.
Демон попятился, разбежался и в несколько громадных прыжков преодолел завал. Мы вчетвером одновременно выдохнули.
«Так это он и был?» — мысленно спросил Микаш.
«Мы тут больше никого не видели», — пожал плечами Вейас.
«Тогда надо спешить. Дойдём до следующей площадки и приготовим ловушку».
План Микаша звучал разумно. К тому же иного в запасе не имелось. Пришлось быстро перелезать через завал. Микаш теперь шёл впереди, выглядывая из-за каждого поворота и маня нас за собой. Площадка сама наскочила на нас после длинного петляющего коридора. Она была шире других раза в два. В стене на противоположной стороне чернел ещё один проход.
Мы разобрали вьюки и устроили их с краю. Мальчишки возились с верёвками и оружием. Я, не сдержав любопытства, подошла к середине площадки, где высились четыре круглые колонны.
«Это лёд! Но тут так тепло — он должен был растаять», — поделилась я своей находкой.
«Это место нарушает все законы природы. Не удивлюсь, если тут даже вода течёт снизу вверх», — притушил моё воодушевление Вейас.