— Вей, это оборотень. Похоже, не зря Свинтус нас сюда привёл.
Демон громко хрюкнул, подтверждая мои слова.
— Змеёныш, я заметил, — кивнул брат и раздражённо добавил: — Идём! Нужно побыстрее от него избавиться, а то я рехнусь от этого воя.
Вскоре мы въехали на главную площадь Вижборга. Ясное небо пронзал шпиль на крыше ратуши — единственного здесь здания из кирпича. Впереди, лавируя между прохожими и редкими всадниками, нёсся Свинтус. Он оказался удивительной тварью: на коротеньких толстых ножках обгонял бегущих рысцой лошадей и указывал путь. Никто не обращал на него внимания, словно не видели вовсе. Впрочем, обычные люди редко замечали демонов, пока не сталкивались с ними нос к носу, а после быстро забывали. Наверное, так действовали демонические чары.
Свинтус первым взлетел на высокий порог ратуши и постучал передними копытами в массивную дверь, окованную по краям железом.
— Кого нелёгкая принесла? — перекрывая тяжёлую шаркающую поступью, раздался сварливый возглас.
Мы с братом поспешили вперёд.
Дверь медленно распахнулась, и из неё показался высокий мужчина. Годков под сорок. Под мышками держал по костылю, огненно-рыжие волосы, припорошённые сединой, длинными прядями закрывали левую часть лица, обезображенную глубокими шрамами. Встав сбоку, я заметила, что веки левого глаза у него рассечены поперёк и прикрывают пустую глазницу.
— Так и будем таращиться на Хромого Лиса или уже скажем, зачем пожаловали? — он оглядел нас единственным мутновато-янтарным глазом.
Я смущённо потупилась, а Вей достал из-за пазухи гербовую подвеску:
— У нас дело к бургомистру.
Не выказывав почтения, Лис потянул подвеску на себя и едва не свернул брату шею.
— Опять высокий род? За что всеблагой Дуэнтэ так невзлюбил наш город? — тяжело вздохнув, Лис отпустил Вейаса вместе с подвеской. — Денег не дам — ваши предшественники и так магистрат как липку ободрали. Можете жаловаться в орден, но так им и передайте: пока Хромой Лис здесь бургомистр, бесчинств в городе не будет!
Я зажмурилась и снова увидела зеленовато-коричневое сияние обортнической ауры, только исходило оно от этого странного человека. Действительно, заострёнными чертами лица и ехидным выражением глаза он походил на лисицу.
— Вы Сумеречник?
На что он злится? Мы ничего плохого не сделали! Я рассказала о найдёныше, но тот бургомистра не заинтересовал. Зато когда речь зашла о демоне, Хромой Лис оживился: бровь на целой половине лица поползла кверху, ноздри затрепетали, втягивая воздух. Бургомистр заставил нас посторониться и, морщась от боли, склонился над Свинтусом.
— Нидагрисур, ну надо же! — воскликнул Лис, почесав за ушком лысую голову. Свинтус закурлыкал, вытянул шею и подставил всю морду. — Это не демон, а дух. Он появляется, когда надо восстановить гармонию на вверенной ему богами вотчине. Вас даже этому не научили?
Брат пожал плечами. Меня так и вовсе никто в такие тонкости не посвящал. Стыдно.
— Как быть с малышом? Он измождён и продрог, — напомнила я, пытаясь скрыть неловкость. — Он из наших, из Сумеречников. Нужно сообщить его лорду-отцу. Наверное, он места себе не находит.
Лис, кряхтя, разогнулся и коротко хохотнул:
— Вот уж вряд ли. Змеёныш, говоришь?
Он всё-таки посмотрел. Ребёнок уже выдохся орать и засунул большой палец в рот.
— Похоже, один из ваших предшественников приплод оставил. Они тут развлекались почти полгода.
Я искала поддержки у брата, но тот стоял с отсутствующим видом.
— Не нужен он никому, бастард же, — соизволил пояснить Лис. — Идёмте.
Он повёл нас к двухэтажному деревянному зданию напротив ратуши. Его стены были выкрашены в красный, а двускатная, почти плоская крыша в зелёный цвет. Ступени по обеим сторонам охраняли деревянные статуи драконов, в чашах у ног которых горело негасимое пламя. Прямоугольная дверная арка тоже была выкрашена в зелёный, а над входом поблескивало медью изображение извергающегося вулкана. Храм врачевателей? Лис хочет отдать ребёнка в приют? Детей там, конечно, выхаживают, но потом направляют в работные дома, где те умирают от непосильного труда и голода. Вряд ли участь этого малыша будет хоть чем-то лучше Айкиной. Зачем же тогда мы его спасали?
Бургомистр дёрнул висевший на двери колокольчик. На пороге показался укутанный в просторную алую тунику совсем молоденький служитель. Целитель с очень слабым даром — врачевателей для нищих набирали именно из них. Ещё при храме держали нескольких слабых пирокинетиков, которые следили за неугасимым пламенем и исполняли ритуальные танцы с огнём по праздникам.