Намазал масло и слой сельского конфитюра на уже остывший хлеб, хотя корочка оставалась хрустящей, и подал ей.
Ива молча следила за моими действиями, пока я суетился возле плиты.
Поставил две чашки ковея с молоком на стол и сел напротив.
Она сделала глоток горячего напитка и поморщилась.
— Что? Слишком крепкий или горячий? — поинтересовался, откусывая бутерброд.
— Нет, просто необычно. Я ни разу не пила ковей, — пожала плечами и сделала ещё глоток.
— Могу заварить ароматные травы, если хочешь.
— Благодарю. Ковей для меня в новинку. Но мне понравилась его приятная горчинка.
Еда была простой и вкусной. Жаль, что слишком поздно оценил красоту в простоте.
Между нами возникла неловкая пауза. Каждый из нас не знал, как перейти на разговор «по - существу». Она не знала, что спрашивать, я не знал, с чего начать.
— Я сейчас поеду на службу, мне нужен твой адрес.
— Зачем?
— Забрать твои вещи.
— Не нужно. Я не собираюсь здесь оставаться.
От её спокойной уверенности моя бровь поползла вверх. Усмехнулся, мысленно ответил: «Девочка, тебя никто не спрашивал», только вслух произнёс другое, — ты не понимаешь всей опасности.
— Тогда объясните «опасность», может, пойму.
Мне не хотелось ссориться. Обречённо кивнул. Согласился. Рано или поздно объяснять всё равно придётся.
— Это непростой разговор, прежде всего для тебя. Сложно будет смириться с тем, что узнаешь. Твоя жизнь разделится на «до» и «после». Ты, готова к этому?
Она неторопливо допила свой ковей и с какой-то трогательной грустью в зелёных глазах посмотрела на меня.
— А разве она уже не поменялась? В чужом доме с незнакомым человеком. И в полном неведении, что ждёт меня дальше. После вчерашнего, моя жизнь УЖЕ не будет прежней. Я готова.
Потёр виски в надежде, что головная боль отступит. Безуспешно.
Всепоглощающая тьма! Как же тяжело начинать такие разговоры, словно маленькому ребёнку объяснять устройство мира — половину не поймёт, половину поставит под сомнение.
— Тогда... начну из далека, — глубокий вдох и выдох. Теперь обратного пути для неё не будет.
— Рядом с нами существует тонкий мир Агилон, где обитают Стражи — человекоподобные крылатые существа, — она нервно хихикнула, от этого её взъерошенный пучок на голове вызвал дикое раздражение, — либо я продолжаю рассказывать, а ты молчишь и внимательно слушаешь, либо уезжаю по своим делам и твои вопросы меня больше не интересуют.
От моего замечания она напрягалась и опустила голову.
— Извините, я буду слушать внимательно.
Дожди проливные! Ощущаю себя папашей, который отсчитал свою дочь за погнутое колесо на велокате.
— Ива, отнесись к тому, что говорю серьёзно. Это напрямую тебя касается. Возможно, зависит даже жизнь.
На меня больше не смотрела, а мне хотелось окунуться в зелёное сияние глаз, хотелось рассматривать бледное лицо и замирать, глядя на губы, которые она кусала от волнения...
Опять. Меня. Понесло. Вот же гром и молния!
Никакой она не Страж. Ив, настоящая нимфа — дикое дитя леса. Ох, не к добру праздник Листопадов преподнёс мне такой подарочек. В этот момент я будто заледенел и неприятный озноб прошиб моё тело. Передёрнул плечами и продолжил:
— Агилон пристанище ангелов. При рождении человеку назначают двух. Белокрылый записывает в свои свитки добрые свершения и светлые намерения; чернокрылый - тёмные замыслы и дела мрачные. Они сохраняют в человеке баланс света и тьмы. Вся их суть заключалась в некоторых строках из книг древних писаний. Некоторые из них звучали так:
«...чистый свет ослепляет, себя познать не позволяет...» или вот эта строчка: «..., не познав тьмы своей, к свету не подняться...», «... не поймёшь, насколько добр, если не поймёшь, насколько зол...», «...не познавший глубины, не познает высоты...».
Подобными фразами, я мог сыпать следующую половину дня. При подготовке в Ловцы, Вард заставлял штудировать древние манускрипты, а некоторые отрывки настаивал заучивать на память.
Глотнул ковея, сделал осознанную паузу — для неё. Я выдавал историю небольшими крупицами, давая ей возможность осмыслить. Она слушала внимательно, временами хмурилась.
Мой ковей закончился, а я остановился только на половине, не дойдя до самого важного.
— Существует сказание, а может и правда. Я толком не знаю, но расскажу. Небесный создал Стражей, как хранителей миров и людей. Если Ангелы, воины небесные с мечами в руках, то Стражи только защитники, они не могли карать.