Мои успокоившиеся мысли гуляли вместе с его неспешными словами, а внутренний взор рисовал фантастические для меня картины тех мест, где я никогда не была.
Я вообще нигде не была…
Как кристаллик соли, брошенный в стакан с водой, растворилась в пространстве, меня нет. Теперь я маленькая невесомая частица, качающаяся в колыбели огромного непостижимого мира. На душе покой и гармония.
Наши энергии стремились друг к другу, как магниты.
Потоки встречались в точках соприкосновения тел и незримыми змейками перетекали под кожу друг друга.
И только запах моря возвращал меня в действительность.
Запах Элая Баркли.
Рядом с ним я слышала шум прибоя и чувствовала тёплое касание лучей на лице... и аромат такой…
— На сегодня достаточно, — от прозвучавшего над головой голоса, вздрогнула, если бы меня окатили ведром ледяной воды.
Успокаивающим движением погладил по спине отчего снова забыла, как дышать. От неловкости повела плечами, словно сбрасывая невидимые оковы, и отдёрнула руку от печати Ловца. Вторую не успела, сжал крепче, чтобы не выпустить.
Потянул на себя, одновременно поднимаясь с пола, увлекая за собой.
Мы стояли… Я… стояла в преступной близости к мужчине.
Если бы сёстры-наставницы увидели, на следующий день ходила бы замужней.
— Ну и стоило так бояться… меня? — его дыхание коснулось моих волос. Я не видела его лица, но мне показалось, что в этот момент он улыбался.
— Вот ещё, бояться, тем более дрожать, — оттолкнула его от себя, увеличивая между нами расстояние.
Партия окончена — все фигуры на своих местах.
Развернулась и побежала прочь.
Только в спину донеслось:
— Завтра в это же время, здесь.
В комнату не хотелось. Нужен воздух, уединение, чтобы хоть как-то совладать со своими неспокойными мыслями и непонятной мелкой дрожью по всему телу.
Свернула в сторону оранжереи.
Скорей бы закончились проклятые эксперименты.
У меня закралось сомнение, что вся эта история — «Ловец и жертва» …
Да, именно «жертва».
…полная ерунда. Ну, был кризис, но сейчас-то всё прекрасно. Даже вечно хмурый, Баркли улыбался. Может, одного раза было бы достаточно?
Нет… уже двух.
И вспомнилась оранжерея, вся залитая водой, и как обнимаю Элая за шею, плотно прижавшись к нему.
Прикрыла холодными ладонями пылающие щёки.
Ох, что-то меня не туда несёт. Почему этот мужчина не выходит у меня из головы? Его запах, касания, шёпот?
Ни один образ парня не вставал перед глазами так часто, как сумрачное лицо Баркли с вечно взлохмаченными волосами.
Колдрей Винсент и то не удостоился такого внимания. Винс…почти брат, друг, но не тот мужчина, от которого сносило крышу. У меня.
У него, как оказалось, сносило…
Неужели запала на Баркли?!
Нет, нет, нет!
В книгах про любовь, которые так нравились Тайре, всё не так. Там с первого взгляда навсегда, до последнего вздоха. И сразу понятно: вы половники единого целого.
Баркли…? Он же ненормальный. Грубый, самодовольный и… В такого влюбиться просто невозможно.
Всю дорогу до оранжереи меня мучили терзания, пока резко не остановилась на пороге, словно врезалась лбом в стеклянную преграду.
Я оказалась в весеннем саду. Именно в весеннем. Пока ещё мелкие листья на серых ветках выглядели, как маленькие изумруды в серебряном плетении.
Оранжерея ожила, задышала, возрождая свой потерянный мир.
Неужели вчерашний потоп смог сотворить такое чудо?
Через несколько дней здесь будет особенно прекрасно: каждое растение в полную силу разрисует свои цветы любимыми красками, как виртуозный художник, а за окном, наоборот - деревья сбросили золотистые наряды, засыпая глубоким сном. Скоро совсем станет холодно. Пушистый снег заметёт шумные улицы Димерстоуна на целых три месяца.
Захотелось настоящего глотка свежего воздуха. Коснулась ручки арочного окна, и синие всполохи эфира пробежали по поверхности стекла.
«Интересно, печать Ловца светилась сегодня, как вчера?» — возникла в моей голове шальная мысль.
Опять думаю о Баркли.
Старая рама открылась со скрипом. Воздух прохладным потоком ворвался вовнутрь, обдувая лицо.
А что, если… погуляю, совсем чуть-чуть, до своей квартиры? Адрес знаю, не пропаду.
Забралась на подоконник. Сжала кулаки. Прыжок — и я на свободе. С этим настроем, долго не думая, сиганула со всей силы в окно…
Только с такой же силой отлетела в обратную сторону.
Затылок запекло от боли, цветные пятна, как стекляшки калейдоскопа, замаячили перед глазами. М-да, голова крепкая. Жаль, что моё мягкое место, не такое мягкое.