Ангелы оттеснили всех за свои спины, выстраиваясь в единый ряд. Затем белые вспорхнули ввысь, для защиты с воздуха. На земле в первых рядах остались чернокрылые, за ними выстроились Стражи. Вспышка в небе и как по команде у крылатых всех мастей вспыхнули мечи.
Все поняли, что намечается нечто страшное.
Глядя, на крылатых всех мастей, Ловцы заискрили в руках эфир.
Впервые городская набережная не была излюбленным местом для прогулок, а превратилась в будущий театр военных действий под руководством белоснежного четырёхкрылого ангела, по обожжённым перьям которого было понятно, что он прошёл не одно сражение. Его меч пока был опущен, а серьга в ухе горела, как путеводная звезда во тьме.
Первая линия Ангелы. Вторая линия Стражи. Третья Ловцы. Четвёртая военные и все законники – полиция и тайные службы. А там и остальные горожане, которые проснулись в обычный день и не увидели солнце за окном.
Когда мимо Элая Баркли прошли Стражи, его сердце вздрогнуло. Он лихорадочно всматривался в каждого из них и искал её, самую прекрасную девушку на свете – Ивану Стужеву. Но не нашёл.
Облегчённо выдохнул.
Он был рад, что его девочка - Стужа, где-то далеко и не будет участвовать в этом безумии.
Элай знал, что она жива и с ней всё в порядке. Их выстраданная связь по-прежнему оставалась сильной. Он чувствовал её всем нутром, в каком бы мире она не находилась.
На улицах воцарилась гробовая тишина. Только часы на городской ратуши отсчитывали своё: «тук-тук».
Все ждали…
И началось...
Прогремел полной мощи гром. Земля задрожала. Налетел ураганный ветер. Его сильные со свистом порывы ломали деревья, обрушивали мусорные баки на мотороны, срывали крыши как с игрушечных домиков. Толпа горожан в ужасе ломанулась в разные стороны, кто – то падал на землю, кто – то истошно молился, кто – то рыдал.
Только Ангелы, Стражи, и Ловцы не поддались налетевшему хаосу.
Одновременно с громом, боль неожиданно ударила Элая в грудь. Он согнулся пополам и в ужасе прошептал: «Где ты, чёртова птица? Мне нужно к ней. Она меня зовёт».
Элай чуть не отключился от боли, но призрачный силуэт белого ворона заставил его собраться. Ворон внимательно смотрел в глаза Ловца, а Элаю казалось, что на него смотрит мужчина с пепельными волосами и выдающимся горбатым носом.
Всё-таки он пришёл, проводник по имени Альбед.
Глава 25. Братья
Аремиэль стремительно влетел в этот новый, погружённый в опасность мир. Его поразило поглощённое тьмой небо и полное отсутствие света. Впервые Арем столкнулся с подобным явлением. Он, обладатель белоснежных крыльев привык купаться в голубой неге и парить в чистоте. Сейчас ему казалось, что каждое перо испачкано копотью и зловонный шлейф преследовал каждое его движение. Он даже сделал несколько оборотов в воздухе, чтобы стряхнуть налипшую копоть, но безуспешно. Тогда он ярче зажёг факел и продолжил своё фееричное схождение, как и его белокрылые собратья. Когда Ангелы спустились с небес, беззвёздная высь вновь была подобна застывшей смоле — густой, тяжёлой, поглощающей всё.
Касиэль и Аремиэль стояли плечом к плечу в первых рядах, их клинки уже материализовались. Они знали, что не все войны начинались с громких слов и трубных кличей, иногда с тихих шагов на чужую землю.
— Как думаешь откуда появятся гости? Небо? Земля? Что выбираешь? Может порталы?
— Каас, — обречённо простонал Арем, — мы на пороге битвы, а ты всё спорить изволишь.
Касиэль хохотнул и по-дружески хлопнул Аремиэля по плечу. Кас был на взводе, он был готов вспомнить древний ритм боя и даже ждал этого. От мысли о предстоящем сражении, в его глазах плясало пламя адской бездны.
Только Касиэль собрался подшутить над Аремом, как телу пробежал холодок, предчувствуя неизбежное. Давно они не знали настоящего боя, но сейчас в их жилах горел не страх, а ярость, знакомая только тем, кто рождён для сражений.
Не сговариваясь, Ангелы взметнули клинки ввысь и в этот самый момент из мрака вырвались воины — их формы дрожали, словно размазанные дождем, но мечи в их руках были острее отчаяния.