«Хм… дикая дочь морского бандита».
Набрал Варда и сообщил о «новом госте» — проводнике в обличии белого ворона. За всё это время Гордиан перевернул все архивы, но ничего не отыскал о девушках‑Стражах.
В последние дни каждое утро просыпался с мыслями: «Что делать? Где искать? Как спасти Ив?»
Но сегодня запах сладких груш не давал сосредоточиться. «Что она такое готовит, что у меня полный рот слюней?»
Тяжело встал с постели и отправился в душ. Стол в трапезной был сервирован серебряными приборами на двоих и чашками из келийского фарфора. И главное украшение стола — грушевый торт с розами из воздушного крема.
«Интересно, какой повод?»
— Что празднуем? — провёл рукой по влажным волосам после утренних процедур.
Выглядела она сегодня как‑то странно. Вместо обычных домашних брюк и свободной туники — зелёное длинное платье в непонятный мелкий рисунок, фасоном напоминающее халат с запахом. Из‑под подола выглядывали носки бежевых простых туфель. Волосы подняты в высокую причёску и перетянуты невесомой лентой; пара прядок небрежно обрамляла покрытое румянцем от смущения лицо.
«Хм… такая трогательная… провинциальная… домашняя».
— Мне девятнадцать, — суетливо отодвинула стул, приглашая за стол.
Я видел, что она нервничала и не знала, как себя вести. «Малышка Стужева…»
— Что девятнадцать? — переспросил, до конца не понимая суть происходящего.
— Мой день рождения.
«Вот идиот!»
Теперь я чувствовал себя неловко, но не подал вида. Посмотрел на неё ещё раз — с ног до головы:
— А знаешь, что, Ивана Стужева?
— Что? — растерянно посмотрела на меня.
— Во‑первых — поздравляю; во‑вторых — по такому поводу приглашаю в ресторацию. Все подарки и сюрпризы позже. За деньги не беспокойся. В шесть выезжаем из дома. А теперь хочу кусок этого торта, чей запах всё утро сводил с ума.
— Не могу, — занервничала она.
— Не можешь дать мне торт?
— При чём здесь торт? — ловко подхватила лопаткой аппетитный кусок и пододвинула тарелку мне. — Не могу… по другой причине.
— У тебя есть планы на вечер? — удивлённо приподнял бровь.
— Нет‑нет. Я… — тяжело вздохнула, — не была в ресторации.
— Не переживай, — хмыкнул, вспомнилась та, что прекрасно знала толк в подобном, — этот недостаток легко исправить.
— И… не смогу отдать деньги.
— Деньги?.. Ну… я не бедный эйр, хоть и выгляжу, как портовый грузчик. Считай, это подарок — и ты мне ничего не должна.
Попробовал торт и невольно застонал от удовольствия.
— Попрошу Клариссу помочь тебе собраться.
Я знал, что у неё ничего нет, кроме нескольких платьев из самых дешёвых тканей и трёх пар изрядно поношенной обуви. А я хотел, чтобы этот день навсегда остался в её памяти. Кто знает, что ей уготовано судьбой? Поэтому — самая дорогая ресторация, самые дорогие наряды.
— Клариссу?
— Да, главная модница нашего отдела и по совместительству секретарь моего наставника.
Нажал кнопку на связнике:
— Светлого утра, Горди. У нашей «птички» день рождения… Нужна помощь Клариссы… Не против, если твоя помощница поработает сегодня стилистом?.. Отлично. Тогда передай ей связник.
Не думал, что Кларисса с огромным рвением отнесётся к моей просьбе принарядить виновницу торжества. Вопросы сыпались, как горох на пол, — на которые я не всегда успевал отвечать, а некоторые и вовсе ставили в тупик.
— Размер?.. Такая же худая, как ты. Что? Грудь? — исподлобья взглянул на Ивану, рассматривая нужную часть тела. Она покраснела и опустила голову. — Ну… чуть меньше твоей, — растерянно ответил. Кларисса от возмущения зашипела в трубку, словно дикая кошка.
— Волосы? Мягкие, пушистые, длинные, — новоиспечённый стилист цокнула в связник так, что я чуть не оглох.
— А?.. Цвет? Так бы сразу и сказала, — прикрыл глаза и мечтательно произнёс: — светлые, с медным отливом; в лучах искрились, как золото.
Секретарь Варда утомлённым голосом сказала, что я просто невыносим и что раньше не замечала во мне поэтического дара.
После словесного поединка с Кларисой мы договорились, что она появится в полдень с платьем и всякими женскими штучками с диковинными названиями. Всё это время Ива сидела с румянцем на щеках и распахнутыми глазами. Её выражение лица забавно изменялось от моей интонации во время разговора.
Секретарь Варда отличалась редкой пунктуальностью — по ней можно было сверять часы на городской ратуше. Не зря Гордиан так ценил её.
Она изящно вошла в прихожую с маленькой сумочкой, а следом ввалился парень с коробками — количество явно не помещалось в его руках, при этом он пыхтел, как прибывающий паровоз.