Альбед прикрыл глаза и глубоко вдохнул. Как же он давно не ощущал ароматы в человеческой ипостаси! Оказалось, в Межмирье всё без запаха и цвета, а в птичьем облике запахи ощущались иначе. Его выдающийся нос с горбинкой затрепетал, впитывая аромат, царящий в комнате. Ему нравился хвойный оттенок ладанной смолы.
Альбед посмотрел на девушку: она находилась в блаженном неведении и спокойствии.
— П‑просыпайся, — заикаясь, произнёс он. Речь ещё не до конца трансформировалась — слишком долго в этот раз проводник был в облике пернатого.
Альбед помнил первую встречу с Иваной. Её огромные зелёные глаза с интересом рассматривали его птичий образ. Он был поражён: новый Страж — девушка!
Что‑то подсказывало проводнику — скорее всего, древний опыт или интуиция, — что эта история получит неожиданное развитие и всех удивит. Кто‑то неизвестный закольцовывал судьбу в звенья цепочки. Только неизвестно, к чему это плетение приведёт.
Альбед выжидал и не торопился вести её в Агилон. Ждал череды событий, хотя мог забрать Ив в тот самый момент инициации — когда она, убитая горем, сидела на коленях перед умирающим Ловцом. Но Альбед каким‑то седьмым чувством знал: этот парень останется в живых. Доктор тогда подоспел вовремя.
Он готов был увести Ив тогда, но его остановила лишь шёпотом сказанная фраза Элая, обращённая к нему — ворону: «Не сейчас». После этого парень отключился.
Почему не забрал её тогда, Альбед не мог себе объяснить. Может, хотел подарить кусочек счастья Ив — а может, Элаю? Кто знает, что уготовано этим двоим судьбой?
Ива зашевелилась в руках Альбеда и сморщила лицо, как ребёнок ранним утром, который ни в какую не хотел просыпаться. Растёрла глаза, проморгалась, пытаясь сфокусировать взгляд, — и замерла.
— Значит, правда. Не показалось, — произнесла она охрипшим голосом, медленно сползая с рук того, кто когда‑то был вороном.
Она сделала несколько шагов от него в сторону и поняла, что двигается иначе — не совсем так, как привыкла. Виной тому была новая одежда: белая рубашка с зауженными рукавами и завязками вместо пуговиц; длинные, широкие брюки в пол, напоминающие юбку, с поясом, который обхватывал талию в несколько раз и длинными лентами спускался к полу.
Ива оглядела себя внимательно и с упрёком посмотрела на Альбеда:
— Когда ты успел меня переодеть и зачем?
— Эт‑то не я. Это правило Небес: «Новая жизнь — новое облачение». Из Межмирья н‑никто не выходит в с‑своей прежней одежде. П‑прошлое остаётся там, а з‑здесь всё по‑новому — даже ты.
Ив обречённо кивнула, принимая ответ человека‑альбиноса. Первое замешательство прошло, и только сейчас она осмелилась посмотреть по сторонам.
Уставшая от пережитого, Ива неторопливо осмотрела комнату в белых тонах — с арочными окнами выше человеческого роста по всей протяжённости стен. Ей казалось, что она очутилась в аквариуме, но не могла разглядеть, что было за пределами прозрачных стёкол: словно густой туман застил мир снаружи.
Но ход мыслей споткнулся и замер при встрече с двумя напряжёнными взглядами, внимательно рассматривающими её.
Она не успела как следует изучить стоявших в комнате — виднеющиеся крылья за их спинами приковали всё её внимание.
Ив отвлеклась в тот момент, когда человек (а может, и не человек) с белыми крыльями и чёрными длинными волосами надменно произнёс:
— Что это?
«Это он про неё?» — возмутился внутренний голос Ивы.
— Ни ч‑что, а к‑кто, — поправил его Альбед. — Ваш н‑новый ученик, в‑вернее, ученица.
— Быть такого не может. Уводи это существо обратно, — хлопнул её по плечу чёрным крылом блондинистый короткостриженый тип.
Она пошатнулась, но Альбед прижал её к себе:
— П‑поосторожней. С уважением к молодому С‑стражу.
— Не бывают девы Стражами, — подхватил холёный брюнет с белым оперением.
Но Ив как будто их не слышала. Она смотрела на крылья этих двух существ и надеялась, что это не обидно — ведь один из них только что назвал её «существом». Огромные крылья красиво трепетали за их спинами. Ей было всё равно, какие речи доносились до её ушей. Такой удивительный контраст: брюнет с белым оперением, блондин с чёрным.
«Интересно, — подумала Ив, — у неё такие же крылья, как у этих чудаков?»
— Ты в своём уме, что притащил её сюда? Вы там, на твердыне, вообще работать разучились? — не унимался чернокрылый блондин.