— Где ты, чёртова птица? Мне нужно к ней. Она меня зовёт.
Элай чуть не отключился от боли, но призрачный силуэт белого ворона заставил его собраться. Ворон внимательно смотрел в глаза Ловца — а Элаю казалось, что на него смотрит мужчина с пепельными волосами и выдающимся горбатым носом.
Всё‑таки он пришёл — проводник по имени Альбед.
Глава 25. Братья
Аремиэль стремительно влетел в этот новый, погружённый в опасность мир. Его поразило поглощённое тьмой небо и полное отсутствие света. Впервые Арем столкнулся с подобным явлением. Он, обладатель белоснежных крыльев, привык купаться в голубой неге и парить в чистоте. Сейчас ему казалось, что каждое перо испачкано копотью, а зловонный шлейф преследует каждое его движение.
Он даже сделал несколько оборотов в воздухе, чтобы стряхнуть налипшую копоть, — безуспешно. Тогда он ярче зажёг факел и продолжил своё феерическое схождение, как и его белокрылые собратья. Когда ангелы спустились с небес, беззвёздная высь вновь была подобна застывшей смоле — густой, тяжёлой, поглощающей всё.
Касиэль и Аремиэль стояли плечом к плечу в первых рядах, их клинки уже материализовались. Они знали: не все войны начинались с громких слов и трубных кличей — иногда с тихих шагов на чужую землю.
— Как думаешь, откуда появятся гости? Небо? Земля? Что выбираешь? Может, порталы? — с привычной лёгкостью в голосе спросил Кас.
— Каас, — обречённо простонал Арем, — мы на пороге битвы, а ты всё спорить изволишь.
Касиэль хохотнул и по‑дружески хлопнул Аремиэля по плечу. Кас был на взводе: он был готов вспомнить древний ритм боя и даже ждал этого. От мысли о предстоящем сражении в его глазах плясало пламя адской бездны.
Только Касиэль собрался подшутить над Аремом, как по телу пробежал холодок — предчувствие неизбежного. Давно они не знали настоящего боя, но сейчас в их жилах горел не страх, а ярость, знакомая только тем, кто рождён для сражений.
Не сговариваясь, ангелы взметнули клинки ввысь — и в этот самый момент из мрака вырвались воины. Их формы дрожали, словно размазанные дождём, но мечи в их руках были острее отчаяния.
— Всё‑таки с неба, — в один голос произнесли Арем и Кас.
Война началась без предупреждения.
Первый удар — и кто‑то рухнул на землю. По рядам пронеслось:
— Ангельская вода!
Первая капля крови упала на твердь. Это было серьёзно. Смертельно.
В один миг сотни белокрылых взмыли вверх, рассекая потухший свод горящими мечами. А из чёрной бездны расколовшегося неба падали воины тьмы. Они не летели — обрушивались, как грозовые тучи: тяжёлые и неудержимые, сжимая в руках оружие, из которого струился чёрный дым. Злобный рык тварей сотрясал землю.
Доли секунды — и пространство разорвал гул сотен крыльев, лязг стали, крики.
Касиэль ринулся вперёд. Он рубил, не думая, оставляя за собой серебристые всполохи. Враги смыкались перед ним в живые стены — но и это его не останавливало. Кас вспомнил свой истинный боевой танец — бесстрашный, не знающий пощады.
Рядом одновременно с тремя бился Аремиэль. Он резко сложил крылья, которые ещё недавно были ослепительно белыми, — теперь иссечены и облиты кровью. Воткнул меч в твердь, присел на одно колено — со стороны казалось, что он совершает религиозный ритуал. Затем выпорхнул ввысь, одновременно снося головы бездушным монстрам.
На секунду Арем увидел, как на Каса одновременно надвигаются двое.
Касиэль едва успел увернуться от первого удара — почувствовал, как лезвие рассекает воздух у самого виска.
— Смотри! — крикнул Арем.
Касиэль рванулся в сторону, но знал — не успеет.
Воздух что‑то рассекло. Один из врагов рухнул, захлёбываясь чёрной жижей: тонкий стилет торчал у него в горле — тот самый, на который они спорили тысячу раз, и Касиэль всегда проигрывал.
Чернокрылый обернулся: Аремиэль стоял с поднятой рукой, в глазах — смесь ярости и старой братской усмешки.
— Если выживешь — он твой, — бросил он.
— По рукам, — Кас оскалился, но улыбка не успела коснуться глаз.
Она появилась внезапно — маленькая, стремительная, с развивающимися светлыми волосами. В руках голубыми искрами, как её глаза, зарождался эфир. Она готовилась к следующей атаке.
Кларисса. Так звали эту женщину — кто‑то из Ловцов окликнул её по имени.
Касиэль видел, как она сражается — яростно, отчаянно, прикрывая спину Гордиану Варду, будто пытаясь ему что‑то доказать. «А может, она так признавалась ему в любви?» — подумал Кас.
Он попытался прикрыть её, подтянуться ближе — но не успел.