На этот раз Пушьямитра рассмеялся гораздо более естественно:
— Клянусь Хайдарабадским черминаром, это прекрасный совет, отец мой! — махараджа помолчал и нерешительно попросил. — Отец мой, а вы останетесь на мою свадьбу?
— Только если ты ее проведешь через пару-тройку дней по прибытии.
— Но это же свадьба, отец мой!
— Ну и что? Я вот вообще женился по дороге из дворца в Дубровник, когда поехал в это путешествие. Джамиля никак не могла решиться выйти за меня замуж, а по дороге, когда в ней еще свежа была грусть от расставания с друзьями, я быстренько завез ее в храм и патриарх Мирослав обвенчал нас на скорую руку.
— Он даже не спросил, согласна ли я, — с шутливым возмущением добавила Джамиля.
— Он подумал, что если бы мы не хотели пожениться, то никогда бы не пришли в храм. Мы же боялись пропустить отлив.
Джамиля рассмеялась. Пушьямитра заинтересованно улыбнулся.
— Дело в том, Пушьямитра, что на Адриатическом море не бывает отливов, — пояснил Лучезар.
— Тогда что же вы боялись пропустить? — уточнил махарджа.
— Отлив, сынок.
Пушьямитра счастливо рассмеялся.
— Так значит мне тоже можно будет жениться по упрощенной схеме, чтобы успеть к отплытию «Кришны»?
— Нет, чтобы капитан не заругал. Я так опасался именно этого.
На этот раз Пушьямитра аж согнулся пополам от смеха.
— Попробуй прилечь, Пушья, — посоветовал я.
Махараджа с готовностью прилег на кровать одного из моих телохранителей за сидящими на ней Всеволодом и Лучезаром. На день мы убрали оттуда белье и застелили пледами, которые Лучезар предусмотрительно захватил с «Переплута». Мы подумали, что вряд ли кто будет счастлив, ежели ему придется спать на постели, на которой весь день гарцуют все кому не лень. Тем более что ленивых в этом деле не наблюдалось.
— Будет здорово, если вы будете на моей свадьбе, — мечтательно продолжил молодой человек. — Вы же мой отец, а разве можно жениться без благословения родителей?
— Все в твоих руках, сынок. Ты же понимаешь, что я не смогу долго ждать пока ты надумаешь жениться. Я обещал брату гулять не более полугода, а уже прошло около двух месяцев.
— Я все понимаю, отец мой. А после свадьбы вы поедете с нами в Паталипутру? Я покажу вам настоящего императора. Вы ведь, поди, такого не видели? Он по рангу даже выше короля.
— Но — но, полегче, — засмеялся я.
— Ну, это же только по рангу, — извиняющимся тоном объяснил Пушьямитра. — А на самом деле вы — король независимого государства и у вас нет полунезависимых князей, которые что хотят, то и творят. Например, что пожелает мизинец на их левой ноге. Так что вы всяко выше, но ранг у нашего Патнешвари красивый.
— Не иначе ты еще и в императоры метишь.
— Нет, не я. Мой потенциальный тесть. А может ему хватит просто объединенного княжества от Аравийского моря до Бенгальского залива. Мне бы хватило.
— Нет, ну надо же, захватчик выискался.
— Ах, отец мой, вам не понять! Вы же не знаете, может, если бы вам было что завоевывать, вы бы тоже не проводили такую мирную политику!
— Как знать, Пушья. Верхняя Волынь, к счастью, отделена границами.
— А почему к счастью? Боитесь искушения?
— Нет, сынок. Гораздо больше я боюсь других искушенных.
Пушьямитра улыбнулся и вытянулся на кровати во всю длину. Вообще-то в это время дня он привык спать. Спрашивается, и что у меня в каюте, медом помазано, что ли?
Таким образом, мы шли все пять дней до Хайдарабада. Поросшие лесом горы сменились поросшей лесом равниной, довольно часто мы проходили мимо городков и деревенек. Красивых, ухоженных и аккуратных. Судя по их виду, жители в Хайдарабаде не бедствовали. Хотя, если бы они бедствовали в этом благословенном климате, местного махараджу было бы мало четвертовать. Его следовало бы отправить на минимальную пенсию с полной конфискацией имущества. Честно говоря, я время от времени порывался ввести такое наказание, как высшую меру. Вместо смертной казни, отмененной сразу после Третьей Мировой войны. Но мои советники каждый раз в ужасе заявляют, что у меня проявились садистские наклонности, которые я, вероятно, унаследовал от первого короля Верхней Волыни Мечислава. Других таких жестоких людей в нашем роду, дескать, не было. К слову сказать, размер минимальной пенсии у нас определяется в силу традиции. Верхневолынские же пенсионеры получают пенсию в кратном ей размере. В среднем, в двадцатикратном.
В Хайдарабад мы прибыли уже под вечер. Собственно говоря, по местным меркам уже была ночь. По крайней мере, было темно. Но здесь вообще рано темнеет. Искать местного махараджу в такой неурочный час мы не захотели, посему отправились искать гостиницу.