— Милочка, не хочешь присесть ко мне на коленки?
— Если я сяду к тебе на колени, то потом смело могу подавать в суд жалобу на жестокое обращение. Подтвердит любая экспертиза, дорогой, — улыбнулась Джамиля, — Знаешь, я бы с удовольствием присела на ковер, но я в платье.
В самом деле, Милочка была одета в облегающее платье цвета морской волны и убор из розового жемчуга.
Пушьямитра огляделся, поманил к себе пальцем какого-то господина и распорядился.
— Подай стулья.
— Император не велел.
— Подай стулья дамам, ты, олух, и моему названному отцу, королю Верхней Волыни. Он тебе не какой-нибудь князек откуда-нибудь из Бихара, а полновластный король независимого государства!
К слову сказать, Паталипутра располагалась в княжестве Бихар.
Индус пожал плечами и принес четыре кресла. Мы с Милочкой и Гитой сели, Пушьямитра вздохнул и сказал, что в присутствии господина полковника он не сядет, пока тот стоит. Всеволод понял его высказывание верно. Он чуть улыбнулся и оперся рукой о спинку моего кресла.
Примерно через час в зал явился император Бхарата Патнешвари. К тому времени, из моих спутников на ногах осталась только охрана. Пушьямитра все-таки сел на принесенное для него кресло, Янош сел на пол, опершись спиной на боковинку моего, Лучезар устроился на ручке кресла Пушьямитры.
В шикарный зал приемов вошел маленький, худенький человек, недовольный всем на свете, включая сам факт собственного появления на свет. Это если можно судить по внешнему виду. Пушьямитра встал и подал руку Гите, помогая подняться. Я прикрыл глаза и сделал вид, что сплю. О времени аудиенции Пушьямитра осведомился еще накануне и нам было назначено. Милочка бросила на меня неуверенный взгляд и тоже осталась в кресле.
Маленький человечек подошел к украшенному золотом, драгоценными камнями и слоновой костью троном, сел и осведомился визгливым голосом.
— А эти что здесь делают?
Пушьямитра прекрасно знал, что я не сплю. Я только что разговаривал с ним. Тем не менее, он страшным шепотом произнес:
— Тише, ваше величество. Мой названный отец, видимо, плохо спал прошлой ночью. Да и королеве своей выспаться не дал.
Император устремил на меня пронзительный взгляд — я наблюдал за ним сквозь полуопущенные веки, и сказал тоном ниже.
— Кто это, сын мой?
— Это король Верхней Волыни, его величество Яромир с супругой и королевой. Он пришел к вам, ваше величество, как равный к равному, и встретил такой нелюбезный прием. Ему даже не сразу подали кресло. Мне пришлось просить сидение для короля Верхней Волыни! А Верхняя Волынь — страна фантастических возможностей в плане торговли. Она даже может поставлять нам холодильное оборудование.
— Кто велел?! — император завизжал так, что я поневоле открыл глаза. — Кто посмел не доложить мне вовремя о таком редком и дорогом госте?!
Я потянулся в кресле и встал.
— Добрый день, ваше величество, — очень вежливым тоном проговорил я. — Надеюсь, вы простите меня за то, что я позволил себе вздремнуть в ожидании? Время мое весьма дорого, так же как и ваше, я полагаю, и, так как я не нашел себе другого занятия, то решил поспать. Разве бедному королю дают возможность выспаться на просторе?
Конечно, император — большой чин, но я все ж таки был королем независимого государства, и я был в гостях у императора по его приглашению. Строгий церемониал Бхарата не допускал подобного обращения с гостем. Тем более, равным по званию и почти что равным по возрасту. Если Патнешвари и был старше меня, то не на много. В отцы-то мне он уж точно не годился!
— Прошу прощения, ваше величество, что заставил вас ждать, — еще одним тоном ниже проговорил император. — Вы сами знаете, дела! Садитесь же, прошу вас.
Я снова опустился в кресло. Кресло было довольно жесткое и не слишком удобное, но приходилось довольствоваться тем, что есть. Милочка поерзала на своем, устраиваясь поудобнее. За время своего пребывания в Медвежке, Джамиля успела усвоить верхневолынский этикет, посему преспокойно оставалась в кресле и даже и не подумала встать. Пушьямитра стал сбоку от меня, Гита — сбоку от Милочки. Янош, Всеволод и Лучезар прикрывали тылы.