— Что ж вы не хотите поселиться в гостинице, господа? У нас хорошие гостиницы и не очень дорогие. Я, конечно, не знаю, в каких хоромах вы привыкли жить на родине, но думается, гостиничный номер будет всяко лучше корабельной каюты.
— Не сомневаюсь, — вежливо согласился я, — Но знаете, господин Ан, на корабле мы чувствуем себя дома. Это маленькая частичка нашей родины. К тому же, всегда можно выйти в море.
— Вероятно, вы правы, и вдали от дома приятно видеть что-нибудь родное и близкое. Но выходить в море в наших водах я вам не советую.
— А как иначе мы попадем домой? — удивился я.
— Я, наверное, не правильно выразился. Я не советую вам выходить в море без необходимости. Видите ли, шторма у нас не редкость, а пролив здесь узкий, вас легко может затащить на границу, или даже к Сингапуру, что ничуть не лучше. Я не знаю, есть ли там база стражей, но остров, безусловно, остался в восьмом измерении. Поэтому Вьетнам даже заключил договор с Суматрой на свободный проход через границу, чтобы корабли шли не через Сингапурский пролив, а в обход архипелага Риау. Кстати, если соберетесь в Сайгон, то вам тоже придется идти этим путем. Вам даже не понадобится для этого виза.
— А мы что-то слышали о малайских пиратах, — вспомнил я.
Ан Зэонг пожал плечами.
— Пираты всего лишь грабят. А восьмимерные границы убивают.
— А пираты такие сознательные, что не обижают честных купцов? — недоверчиво переспросил Всеволод.
— Не совсем так, господа, — улыбнулся вьетнамец. — Просто существует соглашение, что пираты могут грабить, причем отбирать только товары, не прикасаясь к запасам провианта и воды, а те, кто посягнули на жизни честных граждан, оказываются вне закона. Приметы их судна сообщают властям и всем встречным кораблям и на судно-нарушитель объявляется настоящая охота. Причем, победитель получает награбленное пиратами добро и пиратский корабль.
— Но так ведь могут пострадать и невиновные, — возмутился Лучезар. Что-то нашего Зарушку слишком уж волновал вопрос безопасного пиратства. К тому же, он совершенно неожиданно выказал глубокое знание этого предмета. Например, где удобнее пиратствовать и тому подобные вещи. Нет, если бы Лучезар был намного старше меня, я бы предположил, что он получил визу у моего отца и всласть попиратствовал в молодости. Но Лучезар практически мой ровесник. А я что-то не помню ни один подписанный мною пропуск на пересечение морских границ в таком неограниченном количестве. По-моему, наши бравые морячки дальше Эллады и Римской республики не заходят.
— Разумеется, господин капитан. Вот поэтому порядок в данном вопросе поддерживается силами берегового братства. Так что повстречаться с пиратами накладно, но не смертельно.
— Понятно, — улыбнулся я. — А куда смотрит правительство?
— Во Вьетнаме пиратов нет, — спокойно отозвался Ан Зэонг. — А правительство Суматры, насколько я знаю, греет на пиратах руки, скупая награбленное по дешевке.
— Что ж, логично, — признал я. Честно говоря, я бы тоже не без удовольствия поучаствовал в таком бизнесе. Без малейших вложений капитала, без забот по организации рабочих мест, без курсов переподготовки получать не просто корку сыра, а, пожалуй, и целый бутерброд с маслом и сыром. Всеволод увидел подозрительный блеск в моих глазах и торопливо сказал:
— Спасибо за предупреждение, господин Ан. Мы остановимся в городе. Вы не могли бы порекомендовать нам гостиницу получше?
— Если вы не особенно стеснены в средствах, господа, то вам нужно поселиться в гостинице «Тхэн Беп». Во вьетнамской мифологии так звали духа домашнего очага. Он следил, чтобы с домом все было в порядке и раз в год, в канун нового года, летал на доклад к верховному богу Нгуаку Хоангу. Причем летал на карпе, который по дороге превращался в дракона.
— Замечательно, — восхитился я. — Простите великодушно, господин Ан, я понимаю, что мы бессовестно злоупотребляем вашим терпением и отвлекаем вас от работы почем зря, но не могли бы вы подсказать нам где мы могли бы найти книги про вашу мифологию.
Ан Зэонг слегка забалдел от моей витиеватой фразы, потом вежливо улыбнулся.
— В городе полно книжных магазинов. А гостиница «Тхэн Беп» в центре Малакки.