— И жены брата и друга, — насмешливо подсказал Всеволод.
— И почему-то никто из них не признает золотую середину, — вздохнул я. — Или я для них Яромир и ваше величество, или же они обращаются ко мне на ты и именуют Ромочкой.
— Я назвал тебя Ромочкой? — переспросил Всеволод, — Прости, я и сам не заметил, как так вышло.
— Зови, если хочешь, — усмехнулся я. — В конце концов, зову же я тебя Севушкой…
Глава 16 На что не надеешься…
Дни потихоньку, чинно и благородно, уступали друг другу место, вот пошла уже третья неделя нашего пребывания в Саньмынься, а судьба наша до сих пор была не решена. Не могу сказать, что такая неопределенность благотворно сказывалась на моральном духе нашей компании, да и команды «Переплута» тоже. Цай Юнь каждое утро заходил за нами и вел на экскурсию. Подобные экскурсии были организованы и для остальных членов команды сайка. Мы любовались красотами Китая, от которых у меня буквально захватывало дух, много гуляли, ели различные китайские деликатесы и ждали.
И вот, на девятнадцатый день нашего пребывания в Саньмынься, в комнате, в которой мы обычно ужинали с Иакимом, а иногда с Иакимом и Пин-эр, нас ждал сюрприз. Вместо одного, или там, по крайности, двух призраков, нас ждало целых три. Знакомый голос произнес формулу поляризации пространства, и мы увидели Венедима, Родована и Иакима. Венедим — довольно высокий, нормального, ничем не примечательного сложения, с приятным, нервным лицом, серыми глазами и коротко подстриженными русыми волосами, Родован — высокий, крепкий, с широкими плечами, длинными темно-русыми волосами и серыми глазами и Иаким — типичный старый вояка. Представьте себе отставного военного в небольших чинах и это, и будет Иаким.
— Венедим! — я сделал шаг к нему и остановился. Обниматься со стражами не рекомендовалось даже здесь. — Родован! Как же я рад вас видеть! Знакомьтесь, друзья. Это моя жена Джамиля, это Янош, это — Всеволод, а это капитан Лучезар.
— Очень рад вас видеть, Яромир, — Венедим улыбнулся моей горячности.
— Здравствуйте, господин Яромир, госпожа Джамиля, господа, — вежливо проговорил Родован.
— Очень рад познакомиться с вашей женой. Я много о ней наслышан. Говорят, она вдохнула в вас жизнь, — продолжил Венедим.
— Знаете, Димочка, у китайцев есть такое учение, что мужчина может поддерживать свои уходящие силы за счет женского начала. Нужно только регулярно и правильно заниматься любовью, — засмеялся я.
Венедим улыбаясь, покачал головой. — Значит, вы правильно это делаете. Ну что, садимся ужинать, или сначала рассказать вам новости?
— Конечно, новости, — в один голос воскликнули мы.
Венедим искренне рассмеялся.
— Следовало бы помариновать вас подольше, чтобы вы хоть чуток прониклись правилами техники безопасности. За такие выкрутасы с капитана Лучезара голову снять надо. И с полковника Всеволода тоже. За то, что он вовремя не снял голову с капитана. Да и с вас, Яромир, чтобы не вступались за нерадивых служащих, будто у вас в запасе еще восемь жизней, как у кошки.
— Нас отпустят? — обрадовался я.
— Отпустят, — усмехнулся Венедим. — Именно об этом мы с Родованом совещались последние три недели на самом высоком уровне. И знаете, если бы ни неожиданное заступничество Сунь У-куна, по крайней мере, двоим из вас пришлось бы пополнить наши ряды.
— Вы имеете в виду правителя Поднебесной? Какое ему до нас дело?
— Вообще-то я имею в виду настоящего Сунь У-куна. Нет, он не совсем такой, как вы думаете, но подробности я расскажу вам после ужина. А то сегодня мы засовещались до такой степени, что остались без обеда. Так вот, Сунь У-кун изволил открыть глаза, впервые за три недели, в течение которых он просто молча слушал, или не слушал весь бред, что мы несли, и сказал, что одного короля он бы оставил на границе с легкой душой, тем более что этот вышеозначенный король старательно нарывается уже полгода или даже больше. Но оставить на границе короля и наследника престола противозаконно, а без капитана корабля и шефа службы безопасности вы все равно не доберетесь, даже если я лично доставлю вас на границу с Элладой.
— Постойте, Венедим, я что-то не понял. Мой наследник сидит в Медвежке, и пусть сидит. Я хоть за него спокоен.
— Ваш наследник появится на свет месяцев через пять, если я не ошибаюсь. Вернее, если не ошибается Сунь У-кун.
Я нерешительно повернулся к жене.
— Милочка? — Джамиля кивнула. — Но почему ты ничего не говорила?
Джамиля пожала плечами.
— Знаешь, я никак не могла придумать, как тебе это лучше сказать.