Вацлав сидел в широком кресле рядом с женой.
— У твоего сложения все-таки есть свои плюсы, — отметил Милан, усаживаясь на диван рядом с Лерочкой. Обе дамы излишней худобой не страдали, и только худощавый маг мог поместиться рядом со своей женой. И то впритык. Впрочем, Ларочка не возражала. Она была пылкой дамой не только тогда, когда выражала отрицательные эмоции.
— Об такие плюсы и уколоться не штука, — немедленно возразила Иллария.
— А как ты хотела? — засмеялся Милан. — Плюс — знак с четырьмя острыми концами.
— По-моему у Вацлава их больше, — хмыкнула Ларочка.
— Да, а сколько? — немедленно заинтересовался Милан.
Все весело рассмеялись, Вацлав же посоветовал не растлять малолетних.
— Это где вы малолетних нашли? — не выдержал Стас. — Конечно, Янош моложе всех нас, но он уже вполне совершеннолетний. Иначе бы Яромир в жизни не взял бы его к себе на работу.
Вацлав со скептической улыбкой оглядел Яноша.
— Это верно. Кстати, интересно, что там поделывает Яромир?
— Отдыхает, — пожал плечами Милан, — Мы же отдыхали.
— Да, но мы делали это вчетвером. А он один. Насколько я его знаю, он уже должен бы был вернуться в Медвежку. Кстати, я даже отправил ему письмо, в котором подробно описываю всю степень моего удивления.
— И что Яромир? — поинтересовался Янош.
— Я еще не получил ответа. Скорее всего, он предпочтет ответить лично. В самом деле, уже октябрь, а в декабре ему выставлять свою кандидатуру на утверждение на очередные десять лет правления.
— Что? — удивилась Иллария. — Но он же король.
— Да, безусловно. Он король и таковым и останется до самой смерти. Или же, если он снова заболеет и подпишет отречение.
— Заболеет? — засмеялся Милан.
— Здоровый Яромир никогда не отречется от престола. Помнишь, ты удивлялся, что я так волновался, когда Ромочка уходил на длительные прогулки.
— Еще бы! — хмыкнул Милан.
Вацлав ободряюще улыбнулся и обнял жену.
— А сейчас я не слишком волнуюсь, хотя он уехал на Адриатику.
Милан заинтересованно кивнул.
— Все просто, мой мальчик. Еще месяц назад он сообщил мне, что остается на своем месте, и подписал указ о назначении меня своим соправителем.
Милан рассмеялся и покачал головой.
— Ну, ты даешь!
— Я тут не при чем. Просто у него такой характер.
— Постойте, — вмешалась Иллария. — Ежели он король, то о каком утверждении ты говорил?
— Ах, это… Такой порядок завел еще первый король Верхней Волыни Мечислав. Дело было военное, он тогда попросту узурпировал власть. Вернее, даже не так. Он был артиллерийским капитаном, время было, как я уже сказал, военное, и волею случая он оказался самым старшим офицером на всей территории, которая сейчас называется королевством Верхняя Волынь, а раньше включала в себя Югославию и солидные куски Богемии, Албании, Австрии и еще чего-то. Не помню точно. И по началу он распоряжался на правах военного времени, положение, как вы понимаете, было чрезвычайное, и Мечислав — хотел он того, или нет, оказался самым главным. Но он хотел. Более того, когда установили границы, он объявил себя королем и ввел порядок престолонаследия. Наследует всегда старший сын. В случае отсутствия сыновей — наследует дочь. И, соответственно, сын, или дочь, становится королем, или королевой. И царствует. Но не правит. Впрочем, не успели просохнуть чернила на этом его указе, как он немедленно подписал новый. Старший сын Мечислава Любомир был умным и хватким парнем и Мечислав подумал, что будет не справедливо, как по отношению к сыну, так и по отношению к подданным, лишать Любомира права вершить государственные дела. Так что он подписал следующий указ: если король желает не только получать деньги по цивильному листу и накладывать вето на то или это, то он может выставить свою кандидатуру на должность верховного правителя, в каковой должности он будет пребывать десять лет, после чего может выдвинуть кого-нибудь на место своего зама, впрочем, совсем не обязательно, что утвердят именно его выдвиженца, или же попросить о продлении. А для Ромочки этот год юбилейный. Он на престоле уже двадцать лет.
— Постой, но кто же утвердил верховным правителем восемнадцатилетнего мальчишку? — удивилась Валерия.
— Издержки монархического строя, — пожал плечами маг. — Ромочка смолоду имел прекрасные деловые качества, и наши зубры решили взять его тепленьким и воспитать на свой лад. Ну, взять-то они его взяли, но вот подмять под себя им его не удалось. Напротив, все преисполнились к нему глубокого почтения.