— А если захочется искупаться? — невинно поинтересовался я.
Всеслав поперхнулся.
— Купаться на границе?
— А что?
— Это очень опасно, господин Яромир. Когда мы, я имею в виду служащих границы, хотим искупаться, мы отплываем на катере подальше в море.
— Понятно.
— Вы еще не ужинали, господа? Ну тогда я велю подавать. Господин Венедим распорядился принять вас по высшему разряду.
— Скажите, а кто он, этот господин Венедим? Я однажды встречался с ним, мы поговорили о том, о сем, но этот вопрос я так и не задал. Только не обвиняйте меня в избытке деликатности. Он просто не пришел мне в голову.
— Господин Венедим — начальник Европейского Сектора, — объяснил Всеслав. — Он вспоминал вас и вашего брата. По-моему, ему было очень приятно поговорить с людьми, не имеющего прямого отношения к границе. Для стражей это непозволительная роскошь. Да вы и сами понимаете — ваш брат не присоединился к стражам только из-за своего высокого положения. Иначе его путешествие закончилось бы уже в Светлогории. А встреча с вами для господина Венедима была особенно интересна. Он очень тепло отзывался о вас.
— Мне тоже было очень приятно познакомиться с ним.
Всеслав кивнул и вышел. В комнату немедленно зашли люди с подносами и принялись накрывать на стол. В основном, закуски состояли из разнообразнейших даров моря. Устрицы, мидии, крабы, креветки, салат из печени рапана, морская капуста, разнообразная рыба и белое вино ко всему этому великолепию. Правда, грешным делом, оценить по достоинству я смог только рыбу. Все эти морепродукты всегда оставляли меня более чем равнодушным. Джамиля же наслаждалась жизнью. Она поглощала эти сомнительные, на мой взгляд, деликатесы, с неослабевающим аппетитом. Увидев, что я пренебрегаю устрицами, девушка не выдержала.
— Яромир, я понимаю, ты никогда не нуждался в подобном, да и сейчас не нуждаешься, но устрицы повышают мужскую потенцию.
— Серьезно?
— Говорят, да.
Я решительно потянулся за устрицей. Джамиля перехватила мою руку.
— Ты их совсем не любишь?
— Совсем, — улыбнулся я.
— В таком случае, возьми орехов.
Я рассмеялся.
— Если устрицы действуют так же, как и орехи…
— Я имела в виду орехи, а не ореховое дерево, — рассмеялась Джамиля. — А я люблю устрицы.
— А как они влияют на женскую потенцию, дорогая?
Всеволод встал.
— Кажется, нам пора освежиться, Лучезар.
— Сидите, господа, — возразил я. — Шутки шутками, но разгуливать здесь нам никто не разрешал.
— Простите, господин Яромир.
— Ужинайте, — предложил я и поцеловал руку своей даме.
Мы закончили ужин и снова устроились на диване. Через несколько минут в комнату зашел Всеслав.
— Господа, я пришел устроить вас на ночь. Господин Яромир, госпожа Джамиля, располагайтесь в этой комнате. Вон там, у окна диван. Он прозрачный, поэтому его почти не видно. Стол и кресла мы сейчас отсюда вынесем. А вас, господа, прошу следовать за мной. Правда, такой спальни больше нет, но вы устроитесь в комнате со стеклянной стеной. В конце концов, вам это не так важно — ведь вы без дам.
Всеволод и Лучезар ушли, а мы с Джамилей пошли искать лежанку. Искали ее мы большей частью на ощупь, нашли, а потом дружно развернулись и пошли искать душ. Душ в этих апартаментах был так же экзотичен, как и все остальное. Душевая кабинка была прозрачна и магически предохранялась от запотевания. Так что удовольствие мы получили довольно необычное. Потом мы с Джамилей вернулись на кровать. Эти извращенцы-стражи и подушки и постельное белье, и одеяла сделали прозрачными. Я попробовал было определить, как они достигли этого результата, но Джамиля отвлекла меня и я занялся более насущными вопросами. Я поцеловал девушку и тут мой взгляд случайно упал на кровать, под которой величественно проплывала огромная рыбина.
— Дорогая, ты посмотри какая рыбка!
— Где? — заинтересовалась Джамиля, переворачиваясь на живот. Она поцеловала меня, вероятно в знак благодарности, что я указал ей на такой выдающийся экземпляр, и, в свою очередь воскликнула.
— Ты посмотри какая рыбка, Яромир!
Я посмотрел в направлении, указанным точеным пальчиком…
В общем, если бы кто слышал нас со стороны, то решил бы, что мы целеустремленно изучали тайны морского дна, или же решили посвятить эту ночь рыбной ловле. Хорошо, что мои люди не слышали нас — они бы решили, что их король — законченный извращенец!
Глава 18 О некоторых симптомах морской болезни
Не знаю, сколько нам довелось поспать. Мне показалось, что в дверь постучали сразу же, как только я задремал.
— Что случилось? — хрипло поинтересовался я.
— Проснитесь, господин Яромир. Штормовое предупреждение. Вам нельзя оставаться под водой.
— Шторм? На границе? — пробормотала Джамиля.
Я вскочил.
— Сейчас идем, Стоян. Но как же мои люди на корабле?
— Всеслав пошел будить капитана.
— А корабль? Ведь шторм может занести корабль на территорию восьмимерной границы?
Я был уже одет. В комнату влетел Всеволод.
— Господин Яромир, нужно подниматься.
— Возьми Джамилю, и идите наверх. Стоян вас проводит.
— А вы, Яромир?
— Я иду к капитану.
— Я с вами, — решил Всеволод.
— Ты идешь с Джамилей, Всеволод, — возразил я. — И учти — за ее безопасность я спрошу с тебя.
Всеволод отдал честь и протянул руку Джамиле. Я выскочил за дверь. По счастью, я сразу наткнулся на Лучезара. Впрочем, объяснялось это не моей удачей, а дисциплинированностью капитана. Он забежал ко мне с докладом.
— Идем наверх, Лучезар. Стоян, где здесь можно спрятать корабль от шторма? Какой-нибудь док, или еще что?
— Есть силовой док, господин Яромир, как раз на такие случаи. Пойдемте, я провожу вас.
— Я и сам справлюсь, господин Яромир, — начал было Лучезар, но я перебил его.
— Я не мальчик, Лучезар и не стану путаться под ногами. Пошли в док, там вы возьмете шлюпку и пойдете на корабль. Я буду ждать вас на месте. И вот что, Стоян, корабль можно будет оставить без присмотра? Он не раздолбает всю вашу границу?
— Да, конечно. В смысле можно. Не раздолбает.
— Вот и отлично. Всех людей переведи на берег, Лучезар. И не забудь сам вернуться.
Стоян провел нас в лифт, мы поднялись, почти пробежали по коридору и вышли к торцу восьмиэтажного дома. Тому самому, мимо которого мы переходили границу. Только теперь мы увидели в море светящийся прямоугольник довольно значительных размеров. Сюда мог свободно поместиться наш «Переплут» и оставалось место еще для парочки таких же. У причала плескалась небольшая лодчонка.
— Я не пущу тебя одного, Лучезар, — сообщил я. — Это самоубийство.
— Для меня будет гораздо более верным способом самоубийства взять вас с собой в этот челнок.
— Это одна из разновидностей измеренческих моторок. Принципа действия их я не знаю, а запустить смогу. Стоян, надеюсь, вы включите огни, чтобы мы смогли добраться обратно?
— Разумеется, господин Яромир. Всеслав уже занимается этим вопросом. Но вы уверены, что вам стоит ехать, ваше величество? Я мог бы показать, как управлять этим суденышком господину капитану. Время еще есть.
— В таком случае, я ничем не рискую. Разумеется, я никогда не практиковал, но я магистр общей магии, Стоян. Отставить разговорчики, капитан Лучезар. Садитесь в это корыто и поплыли, морского ежа вам в левый карман.
— А почему в левый? — обалдело переспросил Лучезар, занимая место в лодчонке.
— В тот момент он был ближе к воде, — объяснил я, заводя мотор. — Кстати, вы найдете нашу посудину?
— Возьмите чуточку левее.
— Охотитесь на морских ежей?
— Нет, на «Переплута».
Через пять минут мы уже поднимались на борт «Переплута». Лодчонку мы привязали тросом к кнехту. Лучезар немедленно принялся распоряжаться. На воду спустили баркас, матросы сели на весла, и корабль потянулся вслед за баркасом по черным волнам.
Я стоял у борта, стараясь не путаться под ногами у команды, и не мог понять, вокруг чего возникла такая нездоровая суета. Ну да, волны слегка усилились, но мне уже не раз приходилось сталкиваться и с еще более сильными волнами. И никто ни разу даже и не подумал волноваться.