Ко мне подошел боцман и бережно отобрал швабру.
— Господин Яромир, может быть, пока мы в Красном море, вы вольетесь в команду господина Всеволода? Он занимается с Яношем, позанимается и с вами. Двигаться вам обязательно нужно, но от этой работенки вы же просто звереете. Честное слово, от вашего взгляда палуба дымится!
Я вздохнул.
— Куда уж мне браться равняться с Яношем. Ему — двадцать два, а мне — тридцать восемь. И последние двадцать лет я вел далеко не самую подвижную жизнь.
Милорад покачал головой.
— Думается, Всеволод прекрасно осведомлен об этих прискорбных обстоятельствах и учтет это при подборе для вас комплекса упражнений. В общем, на время нашего плавания по Красному морю, господин Яромир, я отправляю вас в распоряжении господина Всеволода. И лично прослежу за исполнением, так и знайте!
— А лично-то зачем? Думаешь, Всеволод со мной не справится?
— Скажите лучше, кто с вами справится! Если бы вы не записались в мою команду, с вами бы вообще никакого сладу не было! Только не гневайтесь, господин Яромир. Вы ведь и сами это знаете.
— Ох, Радушка, и договоришься ты у меня!
Боцман усмехнулся.
— Отставить разговорчики, господин Яромир, рыбку вам в карман! Ох, она и правда…
Комбинезоны, купленные по указанию Амира, были снабжены чем-то средним между стандартными карманами, сумками для инструментов и сетью для ловли головастиков. Амир использовал эти карманы для хранения различных навигационных инструментов, Милочка — для карманного зеркальца, Всеволод для хранения личного оружия, мои же пока пустовали. И проплывающая мимо рыбка сочла мой карман подходящим местом, чтобы спрятаться от другой, которая за ней охотилась.
Мы с Милорадом оторопело смотрели то на рыбку в моем кармане, то друг на друга. Боцман приобретал все более и более смущенный вид. Наконец, я не выдержал и расхохотался. Милорад с облегчением присоединился ко мне.
— Господин Яромир, клянусь, впредь я буду осторожнее в своих пожеланиях. Рыбка в кармане — это еще туда-сюда. Но вот ежели вам, и правда, когда-нибудь попадется медуза в постель…
Глава 8 А у вас нет рыбки в кармане?
Как и обещал Амир, через четыре недели наш «Переплут» подошел к Баб-эль-Мандебскому проливу. Весь месяц, что мы провели в сказке, мы не уставали любоваться бесчисленными чудесами Красного моря. Разноцветные кораллы самых причудливых форм, тихие заводи, плещущиеся впереди крокодилы. Однажды мы попали под дождь днем. Амир был прав — зрелище было немного печальное, но в то же время настолько впечатляющее, что печалью ситуации мы прониклись, только когда обнаружили рыбку, бессильно бьющуюся в моем кармане. Чтобы слегка подсластить пилюлю, мы бросили рыбку в море.
А само зрелище… Представьте — туманное море, в котором кипит обычная, будничная жизнь, пересекает первая капля дождя, за ней — вторая, третья. И вот море тумана начинает напоминать полосатый матрас. Рыбки, попадая под капли, падали вместе с ними в море. Большая рыба, та, что похожа на дирижабль, как мне показалось, попыталась стряхнуть с себя первые пресные капли, когда же этих капель стало много, состроила недовольную мину и важно нырнула в море.
И вот, туман впереди начал редеть, справа и слева, впереди нас, выросли горы. Амир подвел корабль к очередной лужайке и попросил спустить баркас.
— Хотите попрощаться с крокодилами, господин Яромир?
Я встрепенулся.
— Уже? Скажите, Амир, а нельзя на крокодилах идти дальше?
Амир улыбнулся и покачал головой.
— К сожалению, нет, господин Яромир. Крокодилы хорошо себя чувствуют только в крепком рассоле Красного моря. Слабосоленая вода Индийского океана не может обеспечить им нормальную жизнь. И это создает дополнительные трудности. Сейчас я отвезу крокодилов в загон, и дальше нам придется идти на веслах вашего баркаса.
Я с опаской покосился на Милорада. Весь последний месяц он ревниво следил, чтобы я дважды в день не пропускал занятия под началом у моего шефа службы безопасности. Теперь же ему сам бог велел посадить меня на весла и проследить, чтобы я не сачковал. Боцман заметил мой взгляд и проворчал:
— Даже не надейтесь, господин Яромир. Я не собираюсь допускать, чтобы вы пропустили занятия в группе господина полковника и сели развлекаться на весла!
— А я-то думал, что ты ждешь, не дождешься снова взяться за меня самолично, Радушка.
— Идите, идите, господин Яромир, рыбку вам в карман! Кстати, ее пока еще там нет? А то они вас что-то нежно полюбили.
Что верно, то верно. С того первого раза, когда мы с Милорадом обнаружили у меня в кармане рыбку, мне пришлось извлекать оттуда же рыбку во время дождя, о чем я уже упоминал, потом еще раз и еще. Впрочем, я не думаю, чтобы я был популярен у местной фауны. Просто на мне очень свободно сидел непромокаемый костюм, и рыбки попадали ко мне в карманы с большой легкостью. Понятно, что в карманы одежды, которая более плотно прилегает к телу и обрисовывает его формы, в данном случае, я, разумеется, имею в виду мою жену, рыбке не попасть. И, слава богу! Хватит нам одного задохлика на одну семью!
Лучезар распорядился, матросы спустили баркас, и мы двинулись к Баб-эль-Мандебскому проливу. Наш лоцман перешел на баркас, так что мне не у кого было спросить, почему мы так решительно забираем к берегу. Я увидел по правому борту довольно большую площадь, свободную от кораллов. Туда-то мы и направлялись. Видимости сквозь вечный местный туман почитай что никакой, так что я не сразу заметил порт, расположившейся на другом конце этой свободной воды. В порту стояло несколько баркасов побольше нашего, и возвышался маяк. Типа Александрийского. Мы уверенно вошли в порт и с баркаса нам подали знак, призывающий спуститься на берег.
Что ж, в море хорошо, а на берегу лучше. По крайней мере, ежели не стоял на нормальной суше месяц. Капитан распорядился спустить шлюпку, и мы по очереди переправились на берег.
— Добро пожаловать в Асэб, господа, — приветствовал нас Амир. — Единственный порт на Красном море. Исмаилия, как вы знаете, стоит на Ниле, Суэц и то всего лишь у впадения канала в море, а Асэб — морской порт.
— Я вижу порт, вижу маяк, но не вижу домов, — возразил я. — Они что же, скрываются в тумане?
— Нет. Они вон за теми горами. Горы не пускают морской туман в город, на берегу только пристань и маяк. Как только корабль входит в порт, с маяка подают сигнал, чтобы сюда спешили моряки. В основном, здесь промышляют буксировкой судов. Так что если хотите, через несколько минут можем ехать дальше. А можно осмотреть Асэб.
— С удовольствием, — откликнулся я.
— Я так и полагал, — улыбнулся Амир. — Поэтому и предложил вам спуститься. Пойдемте, господа.
Амир пошел со мной, показывая дорогу, Джамиля опиралась на мою руку, Янош шел позади нас рядом с Лучезаром, далее следовали Всеволод и пара телохранителей. Помощники капитана остались в порту, чтобы позаботиться об отправлении.
Мы прошли по дороге к горам. Дорога была не слишком широкая. Пожалуй, на ней могли бы разъехаться две встречные повозки, если возницы будут аккуратно ехать и все. Мы шли и шли, горы приближались и приближались, туман редел, но никаких признаков жилья я не видел.
— Где же все-таки город, Амир?
— Уже рядом, — улыбнулся наш лоцман.
Что ж, может быть. Навстречу нам попалась группа людей, одетых в обычную для Красного моря одежду. Амир остановился и обменялся парой слов с их начальником. Как и следовало ожидать, это была команда баркаса, который должен был провести «Переплут» через пролив.